Екатерина Чубарова

– Слышь, Леонтий, ведь у нас капустой всегда лечатся! Где бы достать-то её?

– Ишь ты… Ненила! У нив же, у господ-то, и болячки другие – не как у нас. Мигрени у них всякие. А ты говоришь, капустой!

– А ну и чего? А вдруг поможет?

– Ну… Кхм… и чё же?

– Сходи, спроси у кого-нить.

– У кого?..

– Поищи…

Леонтий погладил бородку:

– Ну, ладно. Ежели надо… Чё же делать? Пойду добывать капусту.

Он обошёл двор. Заглянул в решетчатое окошко курятника: белый петух с королевским гребнем уставился на него одним глазом.

Да петуха-то не спросишь… Хозяйка оставила их здесь, словно пленников, – даже лошадей за ворота не вывести. И пропала. А рыскать по чужим огородам – грех на душу брать.

Возле бревенчатого каретника стояла покрытая рогожей копна соломы. Рядом – высокая ровная поленница. За копной вела на крышу приставная деревянная лестница.

С оживлением утра кто-то закопошился в конюшне. Проверив все закутки двора, Леонтий вернулся и нашёл там конюха с длинной рыжей бородой в холщовой некрашеной рубахе.

– Ты чьих будешь? – спросил конюх. – Тех господ, что хозяйка на ночь пустила?

– Я кучер ихний. Слушай, добрый человек, помоги! Принеси нам капусты.

Конюх посмотрел на него, как на чудака.

– Да ты чего? Кто мне её даст? Нас знаешь как наказывают за безвременное ядение? До обеда – никакой капусты!

– Слышь, нам простой кочан надо, да хоть листья одни! К голове привязать барину нашему!

– А ежели меня накажут?

– Да ты потихоньку! Спроси у кого-нить. Век те благодарны будем!

– А мне-то чего с вашей благодарности?

– Ну я тя как доброго христианина прошу! Ну не мене же в дом идти!

Ненила выглядывала из-за сарая.

«Вот недотёпа-то мужик! – она хихикнула в ладошку. – Небось думает, Леонтию капусты погрызть захотелось! Иди, давай! Бросай помело своё!»

– Согласился! – она вбежала к Раффаеле в сарай. – Уговорил Леонтий!

Герцог всё так и сидел, как прибитый к стене. Держался за голову.

– Вам бы выйти да водичкой холодной умыться.

– Хозяйка просила не выходить.

Мы гости и обязаны уважать её волю.

– Я повню, что барынька приказала, а я к колодцу всё ж сходила ради барышень. Никто не заметил. Да тут и не видать из окон. Пойдёмте, я и вам водички принесу.

Раффаеле улыбнулся через силу:

– Подай из ящика мой… borza 'a viaggio.

Ненила захлопала глазами: простите ради Христа… Он вздохнул и подвинулся к ящику за несессером, морщась и потирая лоб.

Алёнка сладко спала в сене, укутанная пелёнками.