Радуга в ночи

Только затрагиваю исторические факты, рассказанные очевидцами, в своем рассказе, повествуя о силе и мужестве маленькой пятилетней девочки, а также окружающих ее людей. Девочке, прочувствовавшей на себе и голод в 1932-1933гг. и фашистскую оккупацию в Крыму с 1942-1944гг.

Девочку звали Евдокия, ласково Дуня. Испытания, выпавшие на долю маленькой Дуни, не каждому взрослому по плечу. Но она выжила. В ее детскую память на всю жизнь врезались два голодных года, приведшие к голодной смерти людей в России.

Беда не прошла стороной и ее семью.

Прошли годы. Имея уже своих трех дочерей, Евдокии удалось побывать на своей Родине. Она вернулась в родные места. Воспоминания нахлынули, закрутили, унося ее в детство. Она вспомнила все, удивляя стариков, свидетелей тех событий, своей памятью.

Меня, младшую дочь, тринадцатилетнюю девочку везли в село, как доказательство, что Евдокия действительно дочь своей матери погибшей от голода. Мое сходство с бабушкой было разительным.

У мамы в селе оказалось много родственников, а главное была жива ее тетя Матрена, благодаря которой мама выжила.

Взрослые вспоминали прошлое. Первые кооперативы, коммуны. Первую и вторую коллективизацию. Как и какой ценой организовывали на селе колхоз.

Я тихо сидела в уголке, и внимательно слушала, боясь пропустить хотя бы слово из их рассказа. Чем больше слушала, тем больше не могла понять. Почему? Почему все близкие и дальние родственники остались живы? От голода, среди наших близких людей, никто не умер.

Как могло случиться, что погибла только семья моей мамы. Какая драма разыгралась в семье моих бабушки и дедушки, повлекшая за собой мучительную смерть от голода?

Наше воспитание не позволяло нам детям вмешиваться во взрослые разговоры. Но все внутри у меня бунтовало. Когда все разошлись по домам, я чуть не плача, тихонько спросила маму: «Почему никто не помог?» Не ищи доченька виноватых. Времена были тяжелые, нечем было делиться, нежно обнимая меня – сказала мама.

Помолчав, еле слышно добавила: «Если так случилось, значит мои родные чем-то провинились перед Богом.» В нашей семье никогда не говорили о Боге. Я конечно была удивлена, но почему-то мамины слова меня успокоили. Мама никогда не повышала на детей голос. Она всегда находила и время, и аргументы объяснить. Очень доходчиво. Откуда у этой невысокого роста, хрупкой женщины, такая внутренняя сила? Старшая дочь инвалид детства, муж тяжело болел.