Рваные судьбы

Она полностью растворилась в своих детях. Девочки подрастали и заполняли пустоту в сердце Лизы от пережитых потерь. Любовь к дочерям давала ей силы дальше жить и бороться.

Как-то раз Лиза возилась с утра на кухне. Пекла хлеб в печи, чтобы накормить дочек свежей сдобой, да с парным молоком – как раз надоила ведёрко. Лиза месила тесто, и не заметила, как дверь отворилась. Почувствовав на себе взгляд, она обернулась и отшатнулась – на пороге стоял Матвей.

– Чего тебе? – сказала Лиза.

– Гришка дома? – спросил Матвей.

– Зачем он тебе понадобился? – грубо спросила Лиза.

– Спрашиваю, значит, надо, – огрызнулся Матвей.

– Нет его. Уходи.

Лиза отвернулась, давая понять, что разговор окончен. Матвей не уходил. Он смотрел на Лизу, смотрел, как её сильные крепкие руки ловко управлялись с тестом. Лиза с усердием месила. Белоснежная рубашка прилипла к вспотевшей спине. Тонкие завитки волос облепили её виски и шею, а толстая коса была уложена вокруг головы венком. Лиза остановилась передохнуть, вытерла рукой лоб и потянулась за кружкой с водой.

Тут она увидела, что Матвей всё ещё здесь.

– Чего ты ждёшь? – недовольно спросила она.

– Лиза… – Матвей сделал движение в сторону Лизы, но она схватила скалку и размахнулась.

– Не подходи! – зашипела она, как змея.

Матвей остановился.

– Лиза, я же по-хорошему пришёл, по-доброму. Не отталкивай меня.

– По-доброму?! – глаза Лизы гневно сверкнули. – Из-за тебя умерла моя единственная подруга, моя сестра.

Моя душа кричит от боли до сих пор. А ведь она могла нарожать кучу детей, могла быть счастлива, если бы не ты. Ты её погубил. И теперь ты говоришь «по-доброму»? Я никогда не прощу тебе Нюру. Слышишь? Никогда! Убирайся!

– Зачем ты так со мной, Лиза? – Матвей сощурил глаза. – Со мной так не надо.

– Уходи, Матвей, мне видеть тебя тошно. Как вижу тебя, так перед глазами встаёт лицо умирающей Нюры. – Лиза сцепила зубы. – Ты приносишь нашей семье одни несчастья.

Уходи, прошу тебя, и не возвращайся.

Матвей опустил взгляд. Он был подавлен. Он уже повернулся, чтобы уходить, но тут дверь из комнаты с шумом распахнулась, и в кухню вбежали одна за другой Рая, Шура и маленькая Верочка. Они, не замечая постороннего человека, облепили мать, громко крича наперебой. Увидев первые готовые лепешки хлеба, девочки схватили по одной и стали с аппетитом есть, громко чавкая с довольным видом. Лиза налила им по кружке молока.