Богини далеких странствий

На коленях благодарю я Господа, что он мне послал в покровители этого чудного человека, любовь которого – моя гордость и будет для меня сильной опорой в испытаниях, которые меня, может быть, ожидают впереди…»

Они прибыли в Якутск, где предстояло хорошенько отдохнуть перед более трудной дорогой в Охотск и Аян. По городу тут же пронесся слух, что губернатором создаваемой Якутской области прочат Невельского. Естественно, это объясняло повышенное внимание к супруге будущего губернатора. Последовали званые обеды, где Катя старалась примерить на себя облик серьезной дамы.

Путешествие из Якутска в Охотск началось ранним утром 2 июня 1851 года. Караван из пятидесяти лошадей, навьюченных багажом и разными грузами. Конвой казаков, двое из которых понимали местные языки. Но как ни старался Невельской – он даже спал по нескольку часов в сутки, – все предусмотреть не мог, и вскоре выпускница Смольного смогла «насладиться всей прелестью» пути. Она признавалась родным: «Вы знаете, что я готова была встретить всякие препятствия и неудобства, но действительность превзошла все, что могло нарисовать мне мое воображение.

Никогда не могла я себе представить, что такие дороги существуют на свете. То приходилось вязнуть в болотах, то с величайшим трудом пробираться по непроходимым лесным дебрям, то, наконец, переправляться вплавь через быстрые реки… Ах, что мы вытерпели! Несмотря на все усилия над собою, бывают минуты, когда я ослабеваю и теряю всякое мужество…»

Вскоре она начала испытывать странное недомогание – Катя была беременна.

И дорога стала для нее настоящей пыткой. В Охотске у Невельской произошли преждевременные роды. «О как я рыдала, как я проклинала эту ужасную дорогу, которой опасности, ужасы и страшное утомление лишили меня самой сладкой надежды», – делилась она своим горем с родными.

Непредвиденные роды нанесли тяжелый удар по ее здоровью. Невельской твердо решил, что ни в какое Петровское он жену не возьмет, а отправит ее, после того как она немного подлечится, обратно в Иркутск.

Он-то решил, но когда Катя подняла на него свои огромные глаза и слабым голоском промолвила: «Нет!» – он понял, что его решение ничего не значит.

И вот в конце июля маленькая эскадра из двух судов – «Шелихов» и «Байкал» – вышла из Охотского порта Аяна, держа курс севернее Шантарских островов, на Сахалинский залив. Там были и семьи мастеровых, решивших переселиться в этот неизвестный край.