Анализ романа «Мастер и Маргарита» Михаила Булгакова

«На галерке произошло движение, и послышался радостный голос:

– Верно! У него! Тут, тут… Стой! Да это червонцы! <…>

Соседи навалились на него, а он в изумлении ковырял ногтем обложку, стараясь дознаться, настоящие ли это червонцы или какие-нибудь волшебные.

– Ей богу, настоящие! Червонцы! – кричали с галерки радостно».

Повествователь также подтвердил, что деньги самые что ни на есть настоящие.

«Поднимались сотни рук, зрители сквозь бумажки глядели на освещенную сцену и видели самые верные и праведные водяные знаки.

Но ни сам Воланд, и никто из его свиты не опроверг это мнение. Во-вторых, более того, когда конферансье потребовал разоблачить фокус, то зрители не поддержали предложение Бенгальского. Они, видимо, не желали, чтобы их червонцы превратились в бутафорские деньги.

«Публике речь Бенгальского не понравилась. Наступило полное молчание, которое было прервано клетчатым Фаготом.

– Это опять-таки случай так называемого вранья, – объявил он громким козлиным тенором, – бумажки, граждане, настоящие!»

Как видно, Коровьев в присутствии Воланда публично заявил, что червонцы нефальшивые. И тогда дьявол ничего не возразил, т.е. сатана согласился, что деньги настоящие. А когда же Соков пришел к Воланду в гости, то хозяин сообщил ему:

«– Ай-яй-яй! – воскликнул артист, – да неужели ж они думали, что это настоящие бумажки? Я не допускаю мысли, чтобы они это сделали сознательно».

Вот если бы Воланд произнес не слово бумажки, а деньги или червонцы, то формально тогда он был бы прав и никого бы не обманывал, хотя бы, как мы уже сказали, по форме.

«<…>Он (Коровьев – А.Я.) крикнул: – Три! – сверкнуло, бухнуло, и тотчас же из-под купола, ныряя между трапециями, начали падать в зал белые бумажки».

Однако, червонцы тридцатых годов были какого угодно цвета, но только не белые. Тогда бы и Коровьев сказал правду.

«– Это опять-таки случай так называемого вранья, – объявил он громким козлиным тенором, – бумажки, граждане, настоящие!»

Да, бумажки настоящие, но подразумевается, что они отнюдь не деньги.

Но слов Воланда из текста не выкинешь, что заявил, то заявил.

«– Ай-яй-яй! – воскликнул артист, – да неужели ж они думали, что это настоящие бумажки? Я не допускаю мысли, чтобы они это сделали сознательно».

Так что Воланд в случае с червонцами в который уже раз солгал.