Приключения историка

Зато трамвай дожидались сегодня аж несколько человек!

– Ну, что же, – заметил он вполголоса, – подождем и посмотрим, как же проникают в него.

«Двойка» снова подошла тихо. Несколько пассажиров нажало круглые засветившиеся кнопки на правых створках дверей и они, представьте себе, открылись. Так просто! Но, не зная об этом, Левины вчера вечером четыре остановки брели в неизвестность почти впотьмах, продуваемые холодным ветром, с тяжелыми пакетами.

Затем Израэль подошел к телефону-автомату и вставил карточку, заблаговременно купленную вчера в супермаркете.

Он собрался позвонить маме и папе в Айзенах. Его родители Софья Марковна и Михаил Иосифович приехали в Тюрингию раньше и сейчас жили в общежитии на краю города.

– Алло! Добрый день. Позовите, пожалуйста, Софью Марковну из двести четвертой.

– Хорошо, – ответил кто-то в трубке, – сейчас позову.

Через несколько минут в трубке раздался голос мамы, странным образом соединявший в себе властность и нежность.

– Привет, сыночка! Как у вас дела?

– Привет, мама! У нас все нормально.

Доехали до лагеря благополучно. Мы сейчас в Гере, это тоже Тюрингия. Кроме того, у меня радостная новость – нам дали отдельную квартиру в городе.

– Как замечательно! – обрадовалась Софья Марковна. – Послезавтра я с папой приеду к вам погостить.

Израэлю эта идея совсем не понравилась. Правда, раньше родители никогда не оставались у него на ночь. Но он успевал устать от них даже за вечер, когда они приходили в гости.

Мама едко подшучивала над Тоней и строго следила за папой, чтобы он не нарушал диеты. Да и сына постоянно пытались строить. И тут Израэль вдруг представил себе кошмарную картину.

Один раз он ездил в Питер летом в плацкарте. Полтора суток Израэль провел с говорливыми попутчиками в душном купе, где не открывалось окно. На улице стояла жара. Он потел, лежа пластом на второй полке, и не имел ни малейшего шанса выключить нескончаемый гвалт. Гвалт стоял и в их купе и в соседних и так во всем вагоне.

Большой колхозный рынок путешествовал в северную столицу и он вместе с ним.

И вот теперь папа будет целый день сидеть как приклеенный перед компьютером, стоящим на единственном в квартире столе, и через каждые десять минут просить помочь с чем-нибудь. Телевизора у них пока еще нет и коротать время придется под ворчание мамы, недовольной всем, что не она сделала: от приготовления еды и чистоты в квартире до воспитания ребенка.