Восход стоит мессы

Когда Маргарита подняла на него взгляд, то вдруг заметила, что сарказм в его глазах исчез, уступив место какой-то теплой необидной снисходительности. «Полно, мадам, – будто бы говорил он ей, – мы доставили друг другу неприятные минуты, но стоит ли нам враждовать?».

– Хорошо, я скажу придворному дирижеру, чтобы басданс исполняли чаще, – ответила она и подумала, что враждовать с ним ей и вправду ни к чему.

– Буду признателен, ваше высочество, – поклонился король Наваррский.

Играла музыка, вокруг двигались пары, и все было, как всегда, но что-то неуловимо изменилось.

Словно тоскливое раздражение и тревога, отравлявшие мысли Маргариты с того дня, как она узнала о предстоящем замужестве, внезапно растворились в полумраке залы.

– Однако я обратил внимание, что не только я здесь не умею танцевать, – продолжал он как ни в чем не бывало. – Вчера я видел, что господин де Верне тоже путает фигуры. Возможно, меня это не украшает, но я был даже рад встретить здесь товарища по несчастью.

– Господин де Верне туг на ухо, – ответила Маргарита, радуясь, что беседа ушла от опасной темы, – поэтому двор прощает ему неловкость на балах.

– Пожалуй, я лишен этого оправдания, – вынужден был согласиться король Наваррский, потом тяжело вздохнул и добавил: – Какое невезенье.

– Весьма сочувствую вам, сир, – ответила она и поймала себя на том, что улыбается.

– Благодарю, ваше высочество, вы очень добры, – с самым серьезным видом отозвался он. – Но неужели только тугоухость может спасти придворного кавалера от хореографии?

– Ну почему же? Не только.

Еще хромота.

– А еще надежнее и вовсе остаться без ноги, – подхватил он, рассмеявшись. – Мне понятна ваша мысль, но уж лучше я научусь танцевать.

Маргарита вдруг подумала, что Гиз никогда не умел быть таким забавным. Любезным, галантным, сильным – да, но с ним никогда не было так легко. Да и вряд ли он захотел бы свести к шутке столь неприятную беседу. Она взглянула на Гиза, который танцевал в следующей паре, поддерживая под локоть мадемуазель де Шеврез, и обнаружила, что он тоже смотрит на нее.

Герцог, видимо, уже обратил внимание, что его возлюбленная отнюдь не скучает в обществе жениха из провинции, ибо на лице его застыло странное выражение, а на щеках появились красные пятна. Она тут же перестала улыбаться и отвернулась, боясь, что король Наваррский перехватит ее взгляд. Впрочем, судя по всему, поздно.