В Портофино, и там…

Или это статья так называлась? Надо было читать, а не только рассматривать…

Англичанин расположился слева, через свободную воду. Странно, что в сезон в Портофино пустуют швартовки, но, судя по всему, это случайность, ненадолго. Всяко бывает – зарезервировал, оплатил, опоздал, «Касса назад деньги не выдает». Рано утром, по-моему, и англичанина не было, но упорствовать не стану, не туда смотрел. По привычке глянул на название, не очень результативно, процентов на пятьдесят – хозяева полотенце на просушку через корму перебросили, прочитал только английское «Старый».

С полсотни шагов по инерции фантазировал: «Старый… – блюз, парус, брюзга, осёл, шкипер, аккордеон, шут, квартал, сосед, вальс, башмак, пень, долг, друг, замок, кофе…» Поскольку «старая» звучит и пишется по-английски точно также, перешел на женский род и… почти сразу же оказался перед дилеммой – продолжать или устыдиться собственной невоспитанности…

Узкими улочками, заложив небольшой крюк по Вико Каноника – без конкретной цели, просто захотелось пройтись – поднялся по Виа Рома к «большой» дороге, недалеко от помпезного здания городской портофинской коммуны.

Отсюда принято начинать как плановые так и спонтанные путешествия по побережью – здесь стоянка такси.

– В Специю, – бросил небрежно в окно «загорающему» на парковке таксисту. Тот покачал головой:

– В Санта-Маргариту.

По большому счету, мне было все равно, препираться на хотелось, к тому же Санта-Маргарита ближе всех к Портофино.

– Поехали.

На самом деле я сказал «Окей».

Звучит с маленьким взрывом во рту, почти также как «Пха…ли», но щеки не надулись, так что выглядел я вполне пристойно.

Таксист снизу вверх осмотрел меня, такого молчаливого и покладистого:

– Пятнадцать. Туда-назад – двадцать пять. Хорошо – за двадцать.

Я выжидал минуту, зачем мешать человеку, пусть сам с собой поторгуется, но он уже сговорился с собой, цена застыла.

– А если назад не сразу?

– Без проблем, вот номер, позвонишь, и я за тобой приеду. Да, все точно, за двадцать пять, как договорились.

– Еще не договорились. Двадцать.

Мне не было жалко денег, просто ленивый торг на солнцепеке напомнил студенческие каникулы в Сухуми, и я подумал, что не буду сегодня привередничать, никакого пижонства: только простое, самое дешевое домашнее вино, поджаренное на углях мясо, хлеб и овощи. Моя персональная гастрономическая машина времени. Машинка времени. Она частенько вывозит меня в одни и те же воспоминания, зато безотказно.