Самозванец (сборник)

Друзья отправились к ефрейтору, которому они были специально поручены, и обратились к нему с просьбой указать человека, могущего отнести их письма.

– Теперь слишком поздно, – ответил тот.

– Как? Почему поздно? Ведь теперь только двенадцать часов?

– Ну да, а в час мы выступаем.

– Куда?

– В точности это еще неизвестно, но люди болтают, будто мы идем на Пруссию.

– Но мы-то останемся, наверное, здесь.

– Как бы не так. Война и походы – лучшая школа для новобранцев. Там вы в месяц большему научитесь, чем в казарме в течение целого года.

Везет вам, ребята… сразу примете боевое крещение.

Студенты, выпучив глаза, смотрели на ефрейтора, не будучи в силах выговорить ни слова. Это было уже верхом несчастия – для спасения не оставалось никаких возможностей. Даже флегматик Вестмайер и тот почувствовал себя потрясенным.

– Это уж чересчур, – сказал он. – Да, братцы, неладное дело выходит.

– О, спасите нас, господин ефрейтор, – горячо заговорил вышедший из своего столбняка Гаусвальд.

 – Мы отдадим вам все деньги, какие имеются при нас.

– Уж не хотите ли вы, чтобы я помог вам дезертировать? – с иронической улыбкой спросил ефрейтор.

– Боже упаси, – ответил Гаусвальд. – Нам нужно только, чтобы вы указали нам человека, который мог бы доставить наши письма по назначению.

– Ну что же, это можно, – ответил ефрейтор. – Пойдемте к маркитанту.

Новобранцы отправились под предводительством ефрейтора через казарменный двор. Они с унынием заметили, что везде царила лихорадочная деятельность: видимо, готовились к выступлению.

Торопливо нагружали телеги, выносили из цейхгаузов амуницию, доставали из складов и погребов оружие и боеприпасы.

– Послушайте-ка, Браун, – сказал молодой офицер другому, – что это значит, почему мы вдруг сломя голову бросаемся в поход? Уж не ворвался ли пруссак в страну?

– Нет, дружище, наоборот, мы сами собираемся вступить в Силезию. Я слышал, будто вчера из Берлина пришла депеша, извещающая, что старый Фриц при смерти[12 - Это известие было сообщено австрийским посланником при берлинском дворе – ван Свитеном.

Ван Свитен принял обычные у прусского короля Фридриха Великого приступы подагры за водянку и, не проверив своих сведений, встревожил венский двор. Но Фридрих оправился еще ранее того, как Австрия сконцентрировала войска на прусской границе.].

– Значит, дело идет об отобрании назад украденной у нас Силезии? Вот это ловко.