Америка выходит на мировую арену. Воспоминания президента

Лично я не испытываю ни малейшей симпатии к дискуссионным состязаниям, в которых каждой стороне произвольно присваивается определенное предложение и приказывается поддерживать его без малейшей ссылки на то, верят ли те, кто его поддерживает, в него или нет.

Я знаю, что при нашей системе это необходимо для юристов, но я решительно не верю в это в отношении общего обсуждения политических, социальных и экономических вопросов. Что нам нужно, так это выпустить из наших колледжей молодых людей с горячими убеждениями в правоте своей стороны, а не молодых людей, которые могут привести веские аргументы в пользу того, что правильно или неправильно, в зависимости от их интересов.

Нынешний метод ведения дебатов на такие темы, как «Наша колониальная политика», или «Необходимость военно-морского флота», или «Надлежащая позиция судов в конституционных вопросах», поощряет именно неправильное отношение среди тех, кто принимает в них участие. Нет никаких усилий, чтобы привить искренность и силу убеждения. Напротив, конечный результат состоит в том, чтобы заставить соперников почувствовать, что их убеждения не имеют ничего общего с их аргументами.

Мне жаль, что я не изучал ораторское искусство в колледже; но я чрезвычайно рад, что не принимал участия в дебатах того типа, в которых акцент делается не на том, чтобы заставить оратора правильно мыслить, а на том, чтобы заставить его бойко говорить в пользу своей стороны без оглядки на убеждения.

* * *

Я был достаточно хорошим учеником в колледже – насколько я помню, чуть ли не в десяти процентах лучших в своем классе, хотя не уверен, означает ли это десять процентов от общего числа поступивших или только тех, кто закончил.

Мои главные интересы были научными. Когда я поступил в колледж, я был увлечен естественной историей на открытом воздухе, и мои амбиции влекли меня стать ученым. Мой отец с самых ранних дней внушал мне, что я должен работать и прокладывать свой собственный путь в мире, и я всегда предполагал, что это означает, что я должен заняться бизнесом.

Но на первом курсе (он умер, когда я был второкурсником) он сказал мне, что если я хочу стать ученым, я могу это сделать. Он объяснил, что я должен быть уверен, что я действительно очень хочу заниматься научной работой, потому что, если я займусь этим, я должен сделать серьезную карьеру, что он заработал достаточно денег, чтобы позволить мне сделать такую карьеру, но я не должен мечтать о том, чтобы заниматься этим как дилетант.