Z – значит Зельда

Это было непривычное чувство, но Боже, как же оно мне нравилось!

Два часа спустя мы стояли друг напротив друга в розоватом свете уличного фонаря, а позади нас расходились последние гости. В любую секунду могла появиться Элеанор, и тогда водитель ее папочки отвезет нас домой в старом фаэтоне, которым я однажды попыталась управлять самостоятельно. Мне тогда было двенадцать, и лошади едва не умчались вместе со мной в неизвестном направлении, но повозка опрокинулась и меня вышвырнуло на живую изгородь.

– Расскажите же еще о книжном деле, – попросила я.

 – Из моих знакомых никто не писал ничего длиннее статьи в газету. Матушка однажды написала короткую пьесу, но это едва ли считается, ведь это был музыкальный спектакль продолжительностью всего четырнадцать минут для благотворительного бала, мы здесь постоянно их устраиваем. А вы у себя на Севере?

– Так вы хотите узнать о моем романе или об общественных нравах в Сент-Поле? – Он рассмеялся.

– О романе. И о нравах тоже. Расскажите мне обо всем, о чем только можно, пока Эль меня не утащила.

– Давайте поступим так: я пришлю вам одну главу, и вы сами ее оцените. И в будущем сможете рассказывать, что стали одной из первых, кто прочитал ошеломительную первую книгу Ф. Скотта Фицджеральда.

– Ф. Скотта?

– Фрэнсиса – меня назвали в честь кузена Фрэнсиса Скотта Ки – знаете «Усеянное звездами знамя»?

– Не так чтобы очень…

– О том и речь. К тому же «Ф. Скотт» звучит внушительней. Более авторитетно, не находите?

– Совершенно верно, – кивнула я.

 – Вот я уже зауважала вас сильнее, а ведь еще не прочитала ни строчки. Представляю, как буду вами восхищаться, когда закончу главу. А уж когда появится самая настоящая книга… – Я не закончила предложение, позволяя воображению Скотта завершить мысль за меня.

Я хотела, чтобы он рассказал еще о том, как ему это удалось – написать целый роман, о том, что он любит читать. И хотела рассказать ему о том, что люблю читать я. А потом мы бы поговорили о том, о чем пишут в этих книгах.

Например, об Индии – я всю жизнь зачитывалась Киплингом. Или о вымышленной Костагуане из «Чужого» Джозефа Конрада – слышал ли он о ней вообще? Где, по его мнению, она располагалась? Читал ли он «Тарзана – приемыша обезьян»? Африка, вот о чем стоило поговорить!

– Но «самой настоящей книги», быть может, придется еще подождать, – сказал он. – Увы. Пока я могу дать вам прочесть что-нибудь другое, если пожелаете. Вы любите читать?

– Я готова читать все что угодно.