Брачные узы

Мэдди была наблюдательна от природы. Она умела слиться с фоном, сделаться незаметной, невидимой даже, будь то лондонский бальный зал с обоями из китайского цветастого шелка или замок Ленер с его спартанской обстановкой и грубой штукатуркой каменных стен. И Мэдди накопила немалый опыт, наблюдая за брачными ритуалами самых причудливых созданий: от английских аристократов до бабочек-капустниц.

В том, что касается любовных ритуалов, лангусты оказались самыми неторопливыми и сдержанными из всех известных Мэдди существ.

Мэдди ждала вот уже несколько месяцев того момента, когда Флаффи, самочка, начнет линять, тем самым демонстрируя самцу готовность к спариванию. Того же ждал и Рекс, самец краба, живший в том же аквариуме. И неизвестно, кого из них ожидание измучило сильнее.

Возможно, именно сегодня наступит тот самый день. Мэдди затаила дыхание в ожидании чуда. И вот оно: из-за куска коралла боязливо показалась антенна и осторожно качнулась из стороны в сторону в мутном полумраке.

Аллилуйя!

«Вот так, – молча заклинала самочку Мэдди. – Умница, девочка. Продолжай в том же духе. Тебе было так одиноко под этим камнем всю бесконечно долгую зиму, но сейчас ты готова расстаться с одиночеством».

Показалась голубая клешня.

Затем спряталась.

Беззастенчивое кокетство.

– Хватит строить из себя недотрогу.

Наконец, Флаффи отважилась показать всю голову.

И в этот момент кто-то постучал в дверь.

– Мисс Грейсчерч?

И все закончилось, едва начавшись.

Бульк-бульк, и Флаффи скрылась под камнем.

Вот черт.

– В чем дело, Бекки? Тетя Тея заболела?

Иной причины, чтобы беспокоить Мэдлин в студии, просто быть не могло. Слугам строжайше запрещалось отрывать ее от работы без очень серьезного повода.

– Все здоровы, мисс Грейсчерч. Но к вам прибыли с визитом.

– Ко мне? Вот так сюрприз.

Для «списанной в утиль» англичанки, прозябающей в безлюдном шотландском нагорье, любой посетитель был большим сюрпризом.

– И кто же это?

– Мужчина.

Теперь Мэдди была уже не просто удивлена. Она была прямо-таки шокирована.

Мэдди отодвинула безнадежно испорченную иллюстрацию, изображавшую стрекозу, и зачем-то посмотрела в окно. Мэдди выбрала в качестве студии эту комнату в башне в том числе и потому, что от вида, что открывался из окон, захватывало дух. Зеленые холмы и озерная гладь радовали глаз, но ворот отсюда не было видно.

– Мисс Грейсчерч, – явно нервничая, сообщила Бекки.