Мировая революция. Воспоминания

Россия разочаровала, и это чувствовалось всюду весьма живо; болгары присоединились в октябре (1915) к врагам – в Лондоне много говорили о переговорах союзников с болгарами, и в том факте, что болгар не удалось привлечь на сторону союзников, видели значительный неуспех союзнической дипломатии. Салоники в то же время становились новым центром союзнических сил; Салоникский план в Англии и во Франции долго обсуждали на все лады, пока наконец (под влиянием Бриана) он был одобрен. Первые сражения союзнических войск под начальством генерала Сарайля с болгарами начались в ноябре (1915) и кончились для нас неудачей.

Сильное впечатление произвело поражение сербов Макензеном и взятие Белграда (8 октября); но впечатление не было уничтожающее, так как сербы прямо геройски отводили остатки своей армии через Албанию и перенесли правительство на остров Корфу.

В Месопотамии побеждали турки. На западном фронте тянулись кровавые, но ничего не решающие бои; немцы были осуждены на оборону, так как большую часть своих сил перебросили на русский фронт.

Зная волнения и опасения в наших колониях, что, быть может, мы и не выступим, а главное, для того, чтобы наши на родине не пошли на уступки, – я решился опубликовать манифест об объялении Австрии открытой войны; я боялся отрицательного результата русского поражения и преследований на родине. Согласие на открытое выступление против Австрии за границей было мне дано вперед кружком политиков, бывших на родине так называемой мафией, которой было известно в общих чертах содержание манифеста.

Это произошло 14 ноября 1915 г., вскоре после того, как выступление Болгарии против союзников так ухудшило дело и когда положение на фронте было весьма невеселое. Манифест был, как уже было сказано, подписан Заграничным комитетом, представителями всех наших заграничных колоний.

При данных обстоятельствах я не ожидал от манифеста большого впечатления на союзников; тем не менее наше выступление подействовало довольно сильно. Манифест усиленно распространяли французские газеты; г.

Говэн написал о нем передовицу в «Journal des Dеbats», английские газеты также о нем достаточно писали. В Англии нас знали меньше, чем во Франции, но сведения о нас распространялись довольно скоро, сначала больше в кругах интеллигенции и кругах политических и правительственных; мы этого добились не только благодаря своей работе в Лондоне и Англии, но и благодаря упомянутой работе Воски в Америке, которую оценили также и в Англии.