Под водой, в небесах, на паркете. Том 2

Мой спутник неожиданно открыл глаза и, глядя в пространство перед собой, совершенно трезвым глухим голосом произнес:

– Проведена реорганизация Правительства России. Ваш КОПРОН ликвидирован. Завтра Указ Президента будет опубликован. Постарайтесь не принимать близко к сердцу… Вы думаете, эта бумажка, – кивок на дипломат, лежащий у меня на коленях, – кому-нибудь там, – он ткнул пальцем вверх, – нужна? Святая наивность. Просто вы мешали в Москве определенному кругу лиц проворачивать свои дела. Учитесь, у вас еще вся жизнь впереди.

Это я уже вышел в тираж. Извините…

Указ Президента России был подготовлен келейно и пописан, минуя все промежуточные инстанции. Такова аппаратная практика в нашей стране. Если человека или его детище надо ликвидировать, изничтожить как класс, то это делается тихо, в его отсутствие. Как говорят французы, отсутствующий всегда неправ. Обычно дожидаются очередного отпуска намеченной жертвы, из которого ей уже некуда возвращаться. Достаточно вспомнить отставку Никиты Сергеевича Хрущева, мирно отдыхавшего от трудов праведных (или не очень, как посмотреть) в Крыму.

Попытка смещения Михаила Сергеевича Горбачева, когда он с семьей находился в Фаросе. Если же ли «клиент» нетерпелив (или хорошо проплачивает), то ему могут пойти навстречу, отправив законного хозяина приглянувшегося кресла в срочную командировку, как в моем случае…

Когда я изложил все, что думаю по этому поводу, своему старому знакомому, генералу госбезопасности, многое и многих повидавшему на своем веку, он философски заметил:

– Скажи спасибо, что отделался потерей должности.

Во времена моей молодости тебя просто посадили бы или шлепнули где-нибудь в подвале, повод всегда найдется…

Времена были уже не те, так что мне предложили другую должность, и даже с повышением, в Администрации Президента России, но уникальный комитет был ликвидирован. Его влили во вновь создаваемое МЧС на правах департамента, затем быстро ужали до управления, а в настоящее время от него остался лишь маленький, практически недееспособный отдел.

В мае 2000 года я в одном из своих интервью отметил, что в России не осталось организации, способной в случае серьезной аварии с подводной лодкой оказать последней реальную помощь. Три месяца спустя катастрофа АПЛ «Курск», унесшая 118 человеческих жизней, подтвердила мои слова.

МЧС не смогло решить задачу, возложенную на него за шесть с половиной лет до катастрофы «Курска» Указом Президента России.