Восстание в пустыне

Турки, бросив сильный отряд вперед от бир Сайда против Нахль-Мобарека, напали на войска Фейсала, пока те еще не успели оправиться. После короткого боя Фейсал в беспорядке отступил, сдал позиции и укрылся в Янбу. Наступал, казалось, последний акт войны. С Фейсалом было около двух тысяч человек, но ни одного из племени джухейна. Последнее обстоятельство походило на предательство и подлинное отступничество племен, то есть на то, что мы оба считали совершенно невозможным.

Я немедленно зашел к Фейсалу, и он рассказал мне о случившемся.

Турки подошли с тремя батальонами пехоты, посаженной на мулов и верблюдов. При первом же приступе они пересекли вади Янбу, угрожая сообщению арабов с портом. Они также смогли свободно обстрелять Нахль-Мобарек из своих семи пушек. Однако Фейсал нисколько не испугался и бросил племя джухейна на левый фланг, чтобы оно действовало в долине. Центр и правый фланг он сосредоточил у Нахль-Мобарека и послал египетскую артиллерию отрезать туркам дорогу на Янбу.

Затем он открыл огонь из двух собственных пятнадцатифунтовых орудий.

Расим, сирийский офицер, в прошлом командир батареи в турецкой армии, управлял этими пушками и превратил их выстрелы во внушительную демонстрацию. Пушки прислали в подарок из Египта, где полагали, что для диких арабов пригодна всякая старая дрянь. У Расима не было ни прицельных приспособлений, ни дальномеров, ни таблиц стрельбы, ни разрывных снарядов. Он мог бы брать прицел до шести тысяч ярдов, но взрывные трубки его шрапнелей являлись древностями еще времен бурской войны, совершенно заплесневевшими, и если они даже взрывались, то иногда еще в воздухе, а часто просто когда их касались.

Однако он достигал успеха быстротой и натиском, покатываясь от смеха над таким способом ведения войны, а арабы, видя веселость командира, воодушевлялись сами.

– Слава Богу, – сказал один из них, – это настоящие пушки. Важно, чтобы они шумели!

Расим клялся, что турки гибли кучами, и, ободренные его словами, арабы с жаром бросились в атаку.

Дела шли хорошо, и у Фейсала появилась надежда на решительный успех, когда внезапно левый фланг заколебался и остановился в нерешительности. Под конец он показал спину неприятелю и беспорядочно отступил к лагерю. Фейсал, находившийся в центре, галопом примчался к Расиму и крикнул тому, что племя джухеина разбито и что он должен спасать пушки. Расим запряг их и пустился рысью прочь. За ним устремились войска.