Мальчик, который нарисовал Освенцим

Все это ждало, когда наши юные умы, подталкиваемые желанием познать жизнь, разберут все на составляющие. Нам еще только предстояло открыть для себя этот мир.

Несмотря на все наложенные на нас ограничения, кругом было полно объектов для изучения.

Пока мы, ведомые любопытством, бродили по городу, гитлерюгенд Бойтена строился, маршировал и разучивал хвалебные песни во славу своего фюрера. Не все обладали необходимыми для таких тренировок душевными силами. Некоторые понимали, что их будущее уже предопределено новой авторитарной системой, и впадали в отчаяние.

Натуры не столь тонкие беспокоились о плоскостопии, мозолях и волдырях, потому что они могли стать серьезным препятствием для причисления к «расе господ».

Несколько раз в году улицы Бойтена оживали процессиями. На Вознесение и Пасху католические священники, мастера помпезности и церемоний, стоя на богато украшенных платформах, размахивали кадилами и демонстрировали главную достопримечательность – епископа, сидящего под расшитой золотом канопой.

А в Национальный день, который с легкой руки Гитлера заменил собой праздник Первого мая, Бойтен украшали ярмарки и эстрады, а на них выступали перед широкой публикой люди в ярких народных костюмах, рассказывающие об успехах в промышленности и сельском хозяйстве.

Но в веселом шуме праздничных улиц все отчетливее и громче звучал стук черных сапог, марширующих под бравурную военную музыку. Коричневорубашечники[7 - Sturmabteilung, или «SA», также известные как «штурмовики», – первое военизированное формирование Национал-социалистической немецкой рабочей партии.

Обязательной частью их униформы были коричневые рубашки, отсюда и пошло второе название отрядов – «коричневорубашечники».] придумали новый вид процессий – ночные факельные шествия. Некоторые из них заканчивались избиением неверующих, евреев или угнетенных наравне с ними людей.

Мою свободу ограничили. Мне было строго сказано сидеть дома. Оттуда, из-за штор, я и наблюдал эти «представления», а мама все повторяла, что это «добром для нас не кончится» и что я должен «реже выходить на улицу и больше играть дома».

Лишившись возможности свободно бродить по городу, я еще сильнее сдружился с одноклассниками, а самых интересных даже приглашал в гости поиграть в миниатюрную железную дорогу из конструктора «Meccano». Но родители мой выбор друзей не одобрили.

– Обязательно приводить домой этих плохо воспитанных неопрятных мальчишек? – укоряли они меня.