Оккупация

Я всегда с подозрением относился к громким названиям… чем громче слова, тем мельче и гнуснее дела. Но тут все выглядело более чем серьезно.

Бояркин подкатил минут через пять, на такой же, как под навесом, «Тойоте Камри». Когда он выходил, я заметил толщину двери. Бронированная, по крайней мере, от пистолета. Похоже, им карт-бланш дали, броневик трудно выбить даже в Чечне…

Кивком головы генерал отпустил моего провожатого, и мы пошли прогулочным шагом в сторону березовой аллеи. Посажена она была недавно, деревья были нам по грудь.

– Смерш… – сказал я.

– Напрасно смеешься. Вот скажи, готов ты умереть за миллион долларов?

Я пожал плечами:

– Зачем мне лимон на том свете.

– Вот видишь. А ради идеи люди готовы умереть. Мы никак не можем это понять, потому и проигрываем. Сначала хоббитам – все придумываем, что там одни наркоманы и в ж… долбятся. А это не так. Потом придумываем, что на Майдане апельсинки наколотые[6 - В 2004 году Людмила Янукович, выступая на митинге, заявила, что на Майдане апельсинки не простые, а наколотые.

Эти слова стали поводом для немалого числа шуток и демотиваторов.]. А понять не можем, что люди, которые точно знают, «за что», вынесут любое «как».

Я отрицательно покачал головой.

– Не согласен?

– Нет.

– Почему?

– Да потому что я когда-то тоже верил. А потом… ну вы знаете, что случилось потом. Чем громче речи, тем грязнее дела. Не так?

– Верующий человек не бросит посещать церковь, если батюшка пропил деньги на ремонт.

На своем месте я делаю то, что должен.

– Должен? – Я хотел спросить, кому должен, но спросил другое: – Как мы работаем? С чего начинаем?

– А ты сам скажи, как ты видишь внедрение?

Узнаю Бояркина. И старые времена. Старые добрые времена, когда у меня еще не было «Тойоты Ленд Круизер». Бояркин был одним из немногих старших офицеров МВД, которые спрашивали мнение подчиненных не ради приличия, а потому что оно действительно было им интересно.

Остальные жили по принципу: мы тут посоветовались, и я решил. Противно, но привычно.

Но в том, что в начале нулевых удалось разгромить наиболее дерзкие и крупные рэкетирские группировки, в том, что многие мафиози предпочли выехать кто в Испанию, кто в Дубай, немалая заслуга Бояркина. Смею надеяться, что и моя толика в этом труде есть…

– Как вижу? – сказал я. – Вы сами учили, что самая лучшая ложь на девяносто девять процентов состоит из правды.