Мадонна с револьвером

На следующий день после памятного суда министр Константин Иванович Пален[28 - Граф Константин Иванович Пален – русский государственный деятель из рода Паленов, псковский губернатор, министр юстиции, член Государственного совета.] обвинил А. Ф. Кони в нарушениях закона и рекомендовал ему подать рапорт об отставке (он был прав: Кони, понятное дело, руководствовался эмоциями, а не буквой закона). Кроме того, был отдан приказ о повторном аресте Засулич, дабы пересмотреть процесс до того, как фигурантка заляжет на дно.

Но, как уже было сказано выше, не удалось – в тот же день террористка отъехала в Швейцарию.

Через два дня после суда над Засулич российские чиновники пришли к выводу о необходимости упорядочения уголовных положений. Именным указом «…дела о вооружённом сопротивлении властям, нападении на чинов войска и полиции и вообще должностных лиц при исполнении ими служебных обязанностей, если эти преступления сопровождались убийством или покушением на убийство, нанесением ран, увечий и пр.

, передавались военному суду, и виновные лица подлежали наказанию по статье 279 Воинского устава о наказаниях, то есть лишению всех прав состояния и смертной казни».

Кто-то выступил за немедленное принятие жёстких мер, кто-то против. Примечательно, что окончательная точка в этом деле была поставлена лишь через четыре месяца, когда С. М. Кравчинский убил шефа жандармов Н. В. Мезенцова. Да уж, пока жареный петух не клюнет, мужик не перекрестится!

После этого процесса заграничная пресса быстро забыла судью Кони, тот же был переведён сначала в гражданский департамент судебной палаты, а затем, в 1900 году, и вовсе оставил службу.

Пострадал и граф Пален, его уволили с министерского поста «за небрежное ведение дела В. Засулич».

Мода на террор

Революция – это бензопила-маньяк, с которой никто не умеет обращаться.

    О’Санчес

Вот так, вопреки всему на свете, и здравому смыслу в частности, суд присяжных оправдал революционерку Засулич.

Мало этого, суд трактовал покушение Засулич как ответ на произвол государственного чиновника, приказавшего в обход всех законов, человеческих и гражданских прав высечь политзаключённого.

Вера Засулич сделалась героем, борцом за справедливость, а значит, и терроризм неофициально получил право на существование – как акт возмездия или средство защиты прав личности перед обществом.