Усобица триумвирата. Часть первая. Любимая княгиня

 – Нам Олисава пожелала добрых снов с появлением первых звёзд на небе.

– Нам было о чём потолковать, Настенька, – отдавая в руки жены одежду, которую та складывала в сторонке, рассказывал молодой князь, – и помянули, и прошлое перетряхнули, и будущее обсудили, правда, не до конца. Завтра продолжим.

– А сегодня, что ж, ни к чему не пришли? – Анастасия знала, что повод волноваться есть. Книгочей, любознательная от природы, она хорошенько выучила, чем обращается смерть великого князя здесь, на Руси, когда у него много сыновей.

Разве были исключения? Владимир Креститель после смерти отца воевал с братьями, а когда сам умер – все его сыновья передрались, пока Ярослав не одержал верх.

– Как же! Пришли, – невесело усмехнулся Всеволод. – Илариону митрополитом больше не быть.

– Что ж так? – Уложив аккуратно мужнины вещи, Анастасия распустила косу и шмыгнула под одеяло. Супруг забрался туда же.

– Из говорит, что стар больно наш Иларион.

Насчёт этого не знаю, а что вообще-то надо было у патриарха просить митрополита – это точно. Теперь так и сделаем – по-правильному. Как думаешь, наверное, нужно отцу твоему сначала написать?

– Можно и ему. Заодно спросим, что он сам думает об этом? Ой, и ведь о смерти батюшки Ярослава Владимировича надо известить. Гонцы, разумеется, и без нас дело сделают, но нельзя же обойти такое в письме.

– Нельзя, конечно. Но о митрополите новом спроси, может, знает он достойного претендента.

– Да уж верно знает, – с дочерней верой во всемогущество отца кивнула Анастасия.

Всеволод задул свечу и, повернувшись к своей Насте, лёг и обнял её, поцеловав в пшеничные волосы, пахнущие травами. На дворе зима, а запах лета! Только женщины умеют творить такое доброе волшебство… При мысли о волшебстве, Всеволод опять вспомнил о полоцком князе. Правда ли всё, что о том говорят?

– Ты чего? – почувствовала напряжение в возлюбленном Анастасия.

 – Послышалось что?

– Да нет, так, пустое… – отболтался он.

Следующим днём, не оттягивая, позавтракав и одевшись побогаче, как подобает князьям, Ярославичи собрали и бояр, и воевод, и даже самых именитых купцов. Митрополита решили не звать, и Святослав, зная резкость старшего брата, взял на себя заботу оповестить того после, что по общему решению митрополию он должен сдать. Сейчас же дело поважнее намечалось.