Культурный код исчезающего индивида

В тот день мы из вредности посидели на качелях еще минут пятнадцать, хотя накачались уже по самое горло, и только потом пошли домой.

Сейчас этого детского сада нет, здание продали под офисы. Территория огорожена, качельки, домики и песочницы снесены, вместо них автостоянка. Я жалею, что в юности у меня не было возможности фотографировать, а то бы осталась память о нашем с мамой быте времен моего детства, в том числе об этом детском саде.

"Курортный роман"

Дело было так: в сентябре мы всей семьей отправились в Евпаторию.

В сентябре – это значит в бархатный сезон, когда зуб на зуб не попадает. Всей семьей – это значит, что нас было пятеро: мама, отчим, пятнадцатилетняя я и два толстых трехлетних оболтуса – мои брат и сестра – двойняшки.

Море уже было не особенно теплым, но зато там плавало полно медуз. Ветра были тоже не особо дружелюбными, но зато были прекрасные красные закаты на лазоревом небе.

Но самое главное – к тому моменту я уже курила втайне от родителей.

И если в Питере можно было улизнуть от родителей и «дымнуть» где-нибудь в подворотне, то в Евпатории мама глаз с меня не спускала. И просто-напросто негде было достать сигарет. Я приберегла последнюю пачку на черный день. Но черный день все не наступал – мама бдела.

Несколькими словами опишем нашу дислокацию. Жили мы на туристической базе, впятером в одном металлическом контейнере. Если бы дело было в июле, мы бы сдохли от жара нагретого металла, а в сентябре мы по ночам околевали от холода.

Тогда такие туристические базы росли на побережьях как грибы, люди зарабатывали первоначальный капитал.

В соседнем контейнере справа жила влюбленная как голуби семья бывших осужденных без детей. Хозяйка правого контейнера была приземиста, лыса, покрыта татуировками и радостно сверкала мелкими редкими зубами. Чтобы описать хозяина правого контейнера достаточно несколько слов: взгляните на великана Грошика из фильмов о Гарри Поттере. Это точная его копия, только сосед также был с головы до пят покрыт татуировками.

Соседи из контейнера слева были куда приличнее: там жила интеллигентная татарская семья с восьмилетнем мальчиком Русланом.

Об этом мальчике и пойдет речь. Он находился в том возрасте, когда влюбленности спонтанны и не имеют никакого отношения к реальным женским красотам. В восемь лет мальчик еще не знает, что девичьи лодыжка и запястье должны быть тонки, кожа нежна, зубы целы, а цвет лица свеж.