Большая волна в Канагаве. Битва самурайских кланов

На поле среди

Опавшей листвы бамбук

Пробивается.

Так и я переполнен

Тайной любовью к тебе.

Среди моих товарищей никто не женат, им трудно понять меня, поэтому я никогда не рассказываал им о тебе. Но тем сильнее я люблю тебя: моя любовь невысказанная, ты владеешь моими мыслями.

Ночами я вижу тебя во сне, всегда на нашей поляне в кедровом лесу, ты стоишь там и ждешь меня. Я подхожу к тебе и обнимаю…»

Йока смущенно улыбнулась.

«…Запах твоих волос заставляет меня плакать. Я, как ребенок, прячу голову у тебя на груди, тепло твоего тела охватывает меня, и я засыпаю.

Мне снится, что я сплю и вижу тебя во сне. Когда я просыпаюсь утром, моя подушка вся мокрая от слез».

Йока и сама расплакалась, с трудом она прочла последние строки:

Моя любовь была,

Как утренняя луна,

Но мы расстались.

Теперь я все сильнее

Ненавижу свет зари.

Я вернусь к тебе. Твой Такэно».

* * *

Такэно приехал в конце лета, в жаркую душную пору. Сэн и Сотоба, которые копались в саду, распрямились и, слеповато щурясь, старались рассмотреть всадника, ехавшего по дороге от ворот.

Он остановил лошадь, спрыгнул на землю и подбежал к старикам – тогда они узнали Такэно.

Он сильно изменился за год. Лицо его осунулось, черты загрубели, тело стало крепким и жилистым; детскость, которая проглядывала во всем облике Такэно год назад, исчезла. Одет он был, как воин, и за поясом его были два меча, длинный и короткий.

Старики от растерянности застыли на месте, не зная, как встретить его – поклониться ли ему первыми или ждать, чтобы он поклонился? Такэно пал перед ними на колени:

– Дедушка Сэн! Дедушка Сотоба! – воскликнул он, и старики увидели, как задрожали его плечи.

– Такэно… – хотел склониться в приветственном поклоне Сэн, но вдруг всхлипнул, простер руки вперед и смог только вымолвить:

– Ты приехал…

Такэно принялся целовать ладони старика:

– Дедушка Сэн, мой дедушка Сэн!

– Они грязные, Такэно, – слабо сопротивлялся Сэн, а Сотоба похлопывал Такэно по плечу и говорил:

– Воин, воин! Ты стал настоящим воином, Такэно!

Когда все они немного успокоились, старики повели Такэно в дом.

Им не терпелось расспросить его об учебе, о выпускных испытаниях, о том, как князь отнесся к Такэно, но вначале следовало принять его должным образом: сотворить благодарственную молитву перед богами, приготовить гостю ванну для омовения, дать ему отдохнуть, а уж после, за столом, можно было расспрашивать.