Моя война

Истолковав взгляд моего товарища по-своему, официантка, наклонившись к его уху, спросила:

– А с девушками не желаете отдохнуть?

– Вот говорили мне, что в Ташкенте сейчас с этим делом просто, а я не верил, – Витя посмотрел на меня, – что, Юрок, желаем мы с девушками отдохнуть?

Увидев моё замешательство, Чехов, следуя своей привычке отвечать на собственные вопросы, продолжал:

– Ну, тебе, понятно, не надо. Ты из дома. Ещё женой пахнешь, а вот я… – было заметно, что он попал в такую ситуацию впервые, поэтому колебался в решении непривычного для себя вопроса.

– Не будем торопиться, красавица. Сначала выпьем по сто грамм фронтовых, а дальше видно будет.

После обращения «красавица» официантка, влюблено посмотрев на майора, прошелестела:

– Отдыхайте, мальчики. Сейчас всё принесу.

– Красавица, – я хмыкнул, когда она отошла от столика. – Вить, по-моему, она и сама не прочь с тобой… отдохнуть. Глазки так и строит.

– Ладно, не подкалывай. Тебе после Афгана все женщины будут казаться красавицами.

А уж там и подавно – королевами! Слушай, но чтобы вот так просто: «Не хотите отдохнуть с девушками», – я не ожидал. Хотя все наши мужики рассказывают, что в Ташкенте теперь все живут за счёт афганцев: и таксисты, и официантки, и кассирши в аэропорту. Ну вот… и девушки для вечерка. Вот что наши чеки делают.

– А что такое «чеки»? – второй раз за вечер я услышал это слово, которое для меня ассоциировалось только с квадратной бумажкой в магазине из кассового аппарата.

Виктор достал что-то из кармана и протянул мне:

– Вот, смотри! Это твои деньги на войне.

Получку в Афгане будешь получать чеками Внешпосылторга. Знаешь такие магазины – «Берёзка»? Хотя откуда ты знаешь… В них всё есть. Но за валюту. Или за эти вот наши чеки.

Банкнота, которую дал мне посмотреть Виктор, не произвела на меня никакого впечатления: не было на ней привычного Кремля или силуэта Владимира Ильича Ленина. Действительно, как чек из магазина. Друг мой продолжал:

– Кроме того, эти чеки в Союзе можно обменять на рубли.

И хоть на них написано, что один чек равен одному рублю, – это ерунда. Меняют их один к трём. Вот ты сейчас держишь в руках десять чеков, а это уже тридцать рублей. Можно три дня в ресторане по полной программе гулять.

– И сколько я там буду получать?

– Ну, сколько? Как и здесь получал. Рублей двести?

Я кивнул головой.

– Значит, и в Афгане будешь получать двести чеков.

Для меня всё это ещё только будет. Где-то впереди. А пока Ташкент.