Два Царя

Царица взяла с письменного стола папку для бумаг и передала Танееву. Один листок, лежавший сверху, упал на пол. Александра Федоровна быстро наклонилась и, подняв его, передала Танееву со словами:

– Я такая неловкая.

Танеев смутился. В этот момент в кабинет долетел приглушенный свист. Танеев покрутил головой:

– Что это за птица?

Царица покраснела, как девочка, и смущенно ответила:

– Это государь зовет меня, – и, быстро простившись, ушла.

*

Из письма Николая Второго – брату Георгию (29 июля,

Петергоф):

Про Москву не стоит говорить – тошно вспоминать, не особенно утешительно думать о коронации с грустной стороны.

Нынешний год – какой-то каторжный, в котором Аликс и я являемся вроде мучеников.

А теперь несносные заграничные визиты. Сначала мы едем в Австрию, затем в Киев, Германию, Данию, Англию, Францию и, наконец, Дармштадт. Тут уж будет полный отдых, надо надеяться.

И при этом придется таскать с собой бедную дочку, все родные хотят её видеть.

Воображаю, что французы выкинут в Париже – пожалуй, действительно провозгласят Наполеондрой или чем-нибудь в этом роде!

Из ответного письма Георгия (5 августа, Абас-Туман):

Грустно было узнать об уходе Сандро из флота. Это большое свинство со стороны дяди Алексея, так как он тебя поставил в безвыходное положение своими дурацкими условиями.

Вообще за последнее время милые дядюшки ведут себя весьма неприлично; я просто удивляюсь их нахальству, а еще более твоему терпению.

Из письма Николая Второго – королеве Виктории (10 октября, Дармштадт):

Дражайшая бабушка,

Мне очень жаль, что я заставил Вас так долго ждать моего ответа и не поблагодарил Вас сразу ж за два Ваших письма. К этому времени Вы, конечно, прочли уже во всех подробностях о нашем замечательном пребывании во Франции. Три дна в Париже были очень интересны, но довольно утомительны, и у меня почти не было времени заниматься серьезными предметами, не говоря уже о переговорах с важными лицами!

Когда я прибыл сюда, меня уже ждали четыре курьера, и потребовалось больше недели, чтобы разобраться со всеми этими делами.

Что касается Египта, должен признаться, дражайшая бабушка, что это очень серьезный вопрос, затрагивающий не только Францию, но и всю Европу. Россия крайне заинтересована в том, чтобы ее кратчайший морской путь в Восточную Сибирь был свободным и

открытым.