Среди богов. Неизвестные страницы советской разведки

Мать берегла кольца на всякий случай, если окажется в безвыходном положении.

Юрий поблагодарил за посылку, назвав незнакомца «господин Сильвестру».

– Пожалуйста, не величайте меня «господином», – прервал тот, – лучше «дядей». Так проще. Мы ведь земляки! К тому же «господин» слишком высокопарно для меня.

Юрий не возразил. А дядюшка Сильвестру поинтересовался, знает ли он, где находится его родственница Пита? Юрий пожал плечами и промолчал.

– Правильно делаете, будто не знаете, о ком идёт речь, – похвалил земляк.

Оказалось, мать кое-что ему рассказала. И, как вскоре выяснилось, варенье действительно прислала она, но остальное… И Юрий спросил:

– Неужели мама так разбогатела, что смогла раскошелиться на такую сумму?

Дядюшка Сильвестру едва заметно махнул рукой, дескать, ни к чему об этом, и добавил: если Юрий захочет, сможет подрабатывать по вечерам.

– В автомобильном гараже. Мойщиком машин. Это в центре. На бульваре Брытияну.

– С удовольствием! – охотно согласился Юрий. – Конечно, после занятий.

И Юрий стал по вечерам работать в гараже «Леонида э компань». А когда гараж вскоре перешёл в собственность немецкого транспортного концерна «Шенкер», забеспокоился: не лишится ли хотя и незначительного, но заработка, позволявшего ему не ходить на аэродром Быняса и обратно пешком по пять километров в один конец, а ездить на автобусе.

При новом владельце буквально за считанные дни всё изменилось. Стало больше чёткости, порядка, чистоты. К тому же расчёты с работниками проводились по субботам.

Не приходилось ждать жалования, как прежде, две недели. Мойщик быстро поднаторел в постановке автомашин на мойку, возвращении их на место и постановке очередных. В основном, грузовиков «Опель-блиц».

Глава 4

О своей работе в гараже и прибытии на мойку грузовиков с военными грузами из Германии Юрий рассказал Сильвестру. Как и о событиях на аэродроме во второй день Пасхи.

…С утра шёл проливной дождь, к полудню он прекратился, но небо оставалось затянутым облаками.

Полёты отменили. Где-то во второй половине дня у огромных ворот бетонного ангара собрались, оживлённо беседуя, известные в стране авиаторы: заслуженный лётчик Бызу Кантакузино, не менее знаменитый военный лётчик капитан Папаны, выделявшаяся крестьянской внешностью первая парашютистка в стране Смаранда Брыеску и необычайной красоты с изысканными манерами спортивная лётчица лет тридцати Ирина Бурная. За лихость полётов её прозвали «Ирина Дурная».