Пирамида

Сознавая свою беспомощность, мучительно желала только одного: чтобы скорее шло время, чтобы кончился его срок и они переехали домой, под Новосибирск. Не будет дружков, начнется новая жизнь. Сам по себе он хороший, добрый, никогда не врет, всегда говорит правду. Только вот бесхарактерный перед своими дружками. И разочарованный какой-то. Эти выпивки… Но она верила: когда они переедут обратно домой, все это кончится, он возьмется за ум, может быть, у них будут дети. Или нет, сначала они оба поступят учиться. Светлана – что-нибудь по художественной части, она любит рисовать, ее рисунки хвалили.

А Виктор – по автомобилям. Если только до того времени ничего не случится. Она гнала от себя мрачные мысли…

В последний раз он был у нее в ночь с четверга на пятницу, 24-го. Говорили о поездке домой, мечтали. Хотели съездить на рыбалку на субботу и воскресенье, но что-то им помешало собраться. Если бы она могла это предчувствовать! Утром он проводил ее до работы.

Потом по городу поползли слухи. Она не верила, что Виктор мог совершить что-то слишком плохое.

Подрался, наверное, опять.

И вот теперь, 4 мая, допрос. «Изнасиловал старушку»? Но это же бред! «Человека за пять рублей убил»… Господи! Не может быть такого! Не мог Виктор. Он не такой. Но она была как в чаду. Не соображала толком, что пишет. Рука не слушалась. Хорошо, что следователь помогал.

Приятели

Из показаний Семенова Григория:

«…Нас доставили в больницу, где одна больная женщина при мне указала на Клименкина и сказала, что он и ранил ее.

Я не знаю, почему так сделал Клименкин».

Семенов Анатолий:

«…Нас, всего пять человек, привезли в больницу и показали одну старуху, которая указала на Клименко и сказала, что он ранил ее».

Гриневич Александр:

«…В постели Клименкина работники милиции ничего не нашли, после подняли мой матрац и обнаружили небольшой нож, ручка которого обмотана черной изоляционной лентой. Этот нож видел я впервые. Перед тем как ложиться спать, я стелил и вытряхивал постельные принадлежности и никакого ножа не видел, то есть ножа не было, поэтому мне думается, что этот нож подложил только Клименкин, так как он лежал рядом со мной.

Между койками расстояние очень близкое, даже спинки наших коек соприкасаются. Клименкин вполне мог подложить этот нож под мою голову».

Очная ставка Клименкина и Семенова А.

Клименкин: «Уходя с вокзала домой, я попрощался с Семеновым Григорием и поцеловал его в щеку, потом ушел».

Семенов А.