Тынь Янь

Без изменений нельзя и это было бы несправедливо, но дух, энергии, тонкие настройки должны остаться. Иначе, куда идти искать нужный разряд и вновь зажигать своё сердце? Шведагон – град на холме. Град безраздельной власти Будды и его философского бессмертного Учения.

Сияет в ночи золотом и драгоценностями высоченная ступа, а по периметру неисчислимое количество небольших ухоженных храмов, где Будда во вселенском масштабе представлен во всех известных ипостасях и позах на всех этапах своего вечного пути.

Внизу, перед подъемом на лестницу, надо разуться и оставить обувь . Но мы, наученные тем, что никогда не знаешь, по какому из выходов придется спускаться вниз, заворачиваем свои горные обувки в пакеты и кладем в свои рюкзаки, а больше у нас ничего с собой и нет. Около 6.00 , а Шведагон уже полон людьми. Шведагон, похоже, никогда не спит. Ах да, сегодня же ещё и воскресение . Выходим после длительного подъема на центральную площадь . У одного из многочисленных входов поют свои мантры группки девчонок-монашек под руководством учителя, а любопытные чёрные глазки так и стреляют по сторонам. В небольших домиках для Будд разместились монахи в красных и оранжевых одеяниях и кто молча, а кто и в полный голос читают свои священные тексты, покачиваясь вперед-назад и никого не замечая вокруг. Люди расположились в самых разных местах и молятся или просто молча и закрыв глаза сидят светлыми лицами каждый к своему божеству. Многие ходят от изваяния к изваянию и зажигают ароматные палочки, свечи, подносят живые цветы или угощения. Льют воду на счастье на головы Будд, расположенных неподалеку от источников с водой. Всего не передать. Ароматы, дымы, шелест одежд, бормотание и пение, удары в колокол или гонг, звуки трубы, плеск воды, все вежливы и предусмотрительны, на лицах счастливые улыбки. А ещё шествуют и совершают ритуалы многолюдные свадьбы ( в 6 утра-то!), подметальщицы в ряд идут и метут за ними площадь, туристы в малом числе аккуратно щёлкают камерами или в соответствии с модой смартфонами. Шведагон ловит на вздохе и давит изнутри на глаза, останавливает сердцебиение до гулкой пустоты внутри, а затем, через мгновение, вскрывает как консервным ножом банку с чувствами « на потом» и выпускает эту горючую смесь наружу.