Подснежники Великой Отечественной

Ловил в пруду и на речке рыбу, летом собирал грибы, ягоды, орехи – все это шло на общий стол в доме бабушки. Ставил в лесу капканы на кротов, снимал с них шкурки, высушивал и сдавал в приемный пункт. Хорошо помню, как они с Мамой на полученные за шкурки деньги поехали в город и брат вернулся оттуда в новых брюках, купленных на заработанные им деньги.

В деревне носить их он стеснялся, но вскоре новые брюки ему пригодятся. В конце 1946 года наконец-то у Отца прояснилась ситуация с планом дальнейших действий.

Детали он нам не раскрывал, но сообщил, что к нам скоро приедет старшина его роты Котов, который перевезет нас в Румынию.

Я, в ожидании предстоящего отъезда, учился кое-как. Эту причину моя домашняя учительница Клавдия Михайловна, видимо, посчитала уважительной и никаких мер воздействия не применяла. Тетя Нюра позже рассказывала, что, когда она пыталась узнать, что мне задано, я, нарушая все правила произношения, бодро промямливал: «А я и подабыл». Одним словом, как такового первого класса у меня не было.

О детских и взрослых ощущениях войны

Из Сибири на свою малую родину мы вернулись весной 1943 года и прямыми свидетелями военных действий не были. Из рассказов брата в моей памяти остался один эпизод войны: однажды немецкий самолет после неудавшейся попытки прорваться к Москве сбросил в лесу, недалеко от Натальино, бомбу. Виталик бегал туда с деревенскими друзьями смотреть воронку.

Отношение к войне имел и случай, произошедший зимой следующего года. С соседским мальчиком я пошел на ближний пруд – попробовать, насколько он замерз.

Как и в ситуации с трактором, мне опять повезло: лед провалился подо мной недалеко от берега, на мелководье. На крик соседского мальчика прибежал солдат, находившийся в деревне на излечении. С помощью жерди он помог мне выбраться на берег и быстро отвел в дом к тете Нюре, которая меня переодела, уложила в постель и долго согревала чаем с медом.

Что касается картин ожесточенных сражений за Москву, которые проходили вблизи малой родины, то они формировались в моей памяти уже после окончания войны.

Какие-то детали вырисовывались из рассказов взрослых родственников или учителей, среди которых было немало участников войны. Запомнился фильм «Сын полка», вышедший в 1946 году: образ главного героя фильма каждый из нас, мальчишек, мысленно переносил на себя.

Интересную информацию получали на занятиях по военной подготовке, которой уделялось тогда немало учебного времени.