Сектор Газа. Черновики и рукописи легенды. Заметки, хиты и неизданные песни, уникальные фото

Но разве от принца тьмы можно ожидать чего-то другого? Наверняка он уже не может дождаться, когда сможет наконец поработить мою душу. Человеческая жизнь значит для владыки ада еще меньше, чем для остальных ангелов. Моя жизнь ему вообще не важна. Я чувствую, как мои глаза горят. Почему я не ушла отсюда, когда могла? Почему он хочет убить нас, людей? За что он нас так ненавидит? Прислуживают ли ему люди на небесах? И падают ли они к его ногам, когда он приходит в свой кроваво-красный замок? Переступает ли он своими кожаными ботинками через человеческие души?

– Разумеется.

Нерон де Лука расплывается в самодовольной улыбке, записывая мое имя в список.

– Будешь участвовать в обеденное время, – обращается он ко мне.

В самое жаркое время дня. Ангелы становятся еще более безжалостными, потому что предпочли бы в это время сидеть за своими белыми занавесками в тени, пить прохладное вино и есть фрукты, о существовании которых я уже давно позабыла. В полуденном свете они беспощадно убивают своих противников.

Нерону очень легко удалось избавиться от меня, не замарав при этом рук.

Теперь мне придется сражаться, хочу я этого или нет. Обычно я отдыхаю несколько дней между битвами, потому что нервы и тело выдерживают только одно сражение в неделю. Но это не интересует ни Люцифера, ни Нерона. Последний успешно помешал мне пристыдить его, а к завтрашнему вечеру я, возможно, буду уже мертва: тогда никто больше не сможет обвинять его в мошенничестве.

Трупы павших на носилках выносят с арены. На их тела положили ткань, но я все равно чую металлический запах крови.

Завтра и я буду лежать там. Мысль об этом такая яркая и реальная, что у меня перед глазами все темнеет, и я шатаюсь на месте.

Из тени появляется рука и придерживает меня. Она удивительно теплая: хватка крепкая и надежная. Неужели по венам Сатаны течет кровь? Не могу представить себе такое. Я панически вздрагиваю, но Люцифер отпускает меня только тогда, когда Алессио хватает меня за руку. Он разворачивается.

– Дай ей деньги, которые она заслужила, – приказывает он Нерону.

 – Все. И больше не смей обманывать бойцов. Мы не хотим оставаться им должными. Они усердно работают за свои деньги.

После этих слов он уходит прочь к собору мягкой поступью. Под его ногами хрустит песок, а солнечные лучи заставляют крылья сиять. Они раздвигаются и наконец окончательно прогоняют тень. Я смотрю на его сильные мышцы спины и кожу оливкового цвета. Мне казалось, что Люцифер бледный, почти белокожий.