Из пережитого

Это акт исторической справедливости, ибо ни один русский не мог примириться с тем, что Крым и город русской славы – Севастополь, обильно политые кровью многих поколений граждан России и Советского Союза, независимо от их национальной принадлежности, оказались под юрисдикцией другого государства. Положение стало совершенно нетерпимым, когда к власти на Украине в результате антиконституционного переворота пришла хунта, которая в качестве одного из первых своих программных лозунгов объявила создание на Украине этнически однородного государства.

Особое чувство негодования, смешанного с презрением, вызывает губернатор Днепропетровской области Коломойский, который финансирует карательные отряды, приказывая убивать потомков тех, кому обязан жизнью. Коломойский забыл или никогда не помнил, кто ценою собственной жизни спас от холокоста его предков, без которых он вообще бы не родился. Коломойскому придется горько в этом раскаиваться. Ведь он откармливает чернорубашечников. Если они останутся у власти, то отправят в газовую камеру и его самого, и его ближних. К сожалению, история ничему не учит. Наиболее емко охарактеризовал Коломойского общественный деятель Израиля, политолог Авигдор Эскин. Он сказал: это наш фекалий. К этому трудно что-либо добавить.

Мы уже не говорим о том, что Крым был передан Украине непредсказуемым Хрущевым с грубыми нарушениями действовавшей в СССР Конституции 1936 года.

Сейчас спорят, почему Хрущев это сделал – то ли замаливая грехи за репрессии, которые он раскручивал на Украине в тридцатые и последующие годы, когда ею руководил, то ли для того, чтобы заручиться поддержкой политической элиты на Украине в борьбе за власть, которую он вел с другими членами политического руководства страны – Молотовым, Маленковым, Кагановичем и другими (передача Крыма происходила в 1954 году, когда эта борьба разгоралась). В то, что Хрущев действовал под влиянием раскаяния, я не верю. Это был хитрый прожженный политикан, который вел борьбу не только за власть, но и за выживание себя и членов своей семьи, ибо хорошо знал нравы своих «друзей» из Политбюро, которые без всякого сожаления уничтожали друг друга. С этой точки зрения Хрущев ничем не отличался от тех, с кем вел борьбу, как впрочем, и от Берии, которого заблаговременно умертвили в 1953 году.