Из пережитого

Ведь кушать всем хочется.

В первые годы революции эти «товарищи» призывали к поголовному истреблению казачества как оплота самодержавия. На завершающем этапе Отечественной войны и в послевоенные годы они же вслед за Леонидом Утесовым запели: «Казаки?-казаки?, едут-едут по Берлину наши казаки?», видимо, поняв, что без казаков, к поголовному истреблению которых они в свое время призывали, многие независимо от конфессиональной принадлежности погибли бы в газовых печах.

Один из романтиков мировой социалистической революции, трагически погибший в Отечественную войну, поэт Михаил Кульчицкий писал:

Уже опять к границам сизым

Составы тайные идут.

И коммунизм опять так близок,

Как в девятнадцатом году.

А вот другое откровение: «Наша Отчизна – как зерно, в котором прячется поросль, как зерно, из которого начался колос высокого коммунизма». Когда читаешь эти строки, щемит сердце, поскольку неотступно думаешь о трагической гибели поэта. Это надо же написать, что в нашей Отчизне «прячется» колос высокого коммунизма и что коммунизм был так близок в девятнадцатом году, который запятнал себя массовыми репрессиями, сыпняком, братоубийственной гражданской войной.

Пишу эти строки не ради убиенных юношей, зараженных несбыточными идеями (их уже не вернешь!), а ради наших детей и внуков, взращенных отнюдь не на Болотной площади, которые, сами того не сознавая, играют с огнем и могут вызвать новый тридцать седьмой год, еще более страшный. Указанные обстоятельства сами по себе не должны перекрывать отпрыскам из «элитных» семей кислород, в том числе доступ к карьере, не исключая и политической, если они того заслуживают.

Нельзя становиться на путь «товарищей», которые сразу же после революции хлынули из всякого рода местечек во власть, закрыв двери в высшие учебные заведения детям из дворян, семей священнослужителей и прочих «нетрудовых» элементов. В политике нельзя руководствоваться чувством мести. Простим тех, кто проводил столь недальновидную политику, в результате чего мы лишились многих светлых умов. Ведь те, кто ее проводил, вскоре и сами пали жертвами репрессий. Разумеется, нельзя мстить ни их детям, ни внукам. За своих отцов и де?дов они ответственности не несут. Но если они сами совершили или совершают правонарушение, то за него в полном соответствии с законом должны отвечать.

Михаил Прохоров производит впечатление человека, который в детстве вдосталь не наигрался в солдатики.