Люди как реки

Уже мысли вязались помалу – зрел отпор Елене, ее предстоящим словам, подозрениям, уже ничтожным начинало казаться ему это досадное происшествие, как вдруг в памяти нежданно и властно ожила Светлана и все, что было меж ними, приобрело едва ли не осязаемую плотность. Выходит, все, произошедшее с ними, не размыто временем, не изжито, но продолжает греть ровным светом запретного счастья.

«У Светланы будет ребенок, – сказал он себе, объясняя очевидное, – и это будет твой ребенок. Он явится на свет, заживет отдельно – вечным укором тебе, несчастному.

А ведь она так надеялась, что ты уйдешь от жены. Разумеется, о таком повороте прямого разговора не было и быть не могло, ведь эти приземленные соображения так противоречили их безграничной свободе и безоглядной любви».

«Ты всегда был уверен, что никуда не уйдешь, – сказал Разов себе, – останешься в семье, пока будешь…»

Потом во время последней встречи Светлана была сама не своя. Они легко согласились, что у них будут каникулы, – имеют право.

Он тогда уже вывез семью на дачу и, чтобы везде успевать, вынужден был по минутам расписывать свободное время. На Светлану времени уже не хватало.

Расстались они вроде по-доброму, а неделю спустя она подала заявление об увольнении. Объясняться с начальством, выслушивать упреки в том, что не завершила учебный год, она отказалась – просто престала ходить в училище. Что делать с ее предметом, директор не знал, в нескольких группах программа осталась незавершенной.

Он паниковал – близилась плановая проверка. Приказом по Управлению уже была назначена комиссия. Никто не знал, что делать и как выкручиваться. Найти нового преподавателя оказалось непростым делом.

Когда-то Елена сказала, что ни в коем случае не станет его держать, если узнает, что случилось то, что она предполагала, – отпустит по первому слову. Куда он пойдет, ее не волнует: квартира оформлена на ее имя, машина тоже, здесь у него только одежда и вся-то она уместится в пару чемоданов, легко в руках унести.

«Нет, – сказал он себе, – и думать нечего. Ты останешься в семье, чего бы это тебе ни стоило, на унижение пойдешь. Ведь это твой единственный шанс выплыть. Не станет за спиной тестя, и прощай мечты о приличной жизни, о достойной должности, которая где-то ждет тебя и рано или поздно дождется. Не веки же вечные слоняться тебе по пыльным коридорам в паршивом училище, выслушивать глупости на педсоветах.