Ветвления судьбы Жоржа Коваля. Том I

И на Солнце бывают пятна?

Рассмотренные паутинки и нити альтерверса белорусских Ковалей можно считать «белыми и пушистыми». И в нашем случае они и составляют основу жгутов событий их альтерверса. Но древо альтерверса не может быть абсолютно асимметричным относительно моральных полюсов добра и зла. И реально обязательно должны быть и «чёрные нити».

Один из эвереттических философов – А. М. Костерин – даже вводит специальное понятие «злых сущностей», неизбежно присутствующих в любом альтерверсе.[172 - Костерин А.

М. «Деятели в эволюции», сайт МЦЭИ, стр. 14, http://bustorik.info/milkywaycenter-com/everettica/AK041017]

Не всегда эти нити заметно проявляются в «толстых ветвях» нашей действительности и потому мы можем счастливо не замечать их. Но в нашем случае «информационного затмения» видны и самые тонкие (т. е. очень маловероятные) «ворсинки альтерверса».

Найти «пятна на Солнце» при гуманитарных исследованиях всегда неприятно. При естественнонаучных – радостно и почётно. Эвереттика в равной степени и гуманитарна и естественнонаучна.

И потому эмоции, возникающие при эвереттических исследованиях, могут складываться в весьма сложные суперпозиции.

Короче говоря, мне не посчастливилось – я обнаружил следы «чёрной нити» в альтерверсе белорусских Ковалей в материалах ГА РФ.

Среди документов Чрезвычайной Государственной Комиссии, расследовавшей нацистские преступления в Телеханах, есть «Список немецко фашистских преступников и их сообщников, совершивших злодеяния на временно оккупированной территории СССР.

Телеханский район, Пинская область».[173 - ГА РФ, ф. Р7021, оп. 90, ед. хр.30, л. 4]

И в этом документе под номером 8 записан

«Коваль Ганс, немец, комендант жандармерии, непосредственно пытал и расстреливал»:

01.19. Фрагмент списка военных преступников, совершивших злодеяния в Телеханах.[174 - Архив автора, фото фрагмента дела ГА РФ, ф. Р7021, оп. 90, ед. хр.30, л. 4.]

Имеются в деле и конкретные описания преступлений Ганса Коваля.

Не хочу их цитировать.

Я оказался в очень «некомфортной» психологической ситуации – мне очень не хотелось, чтобы этот Ганс (формально по национальности немец, но фамилия явно указывала на качественно другие генеалогические корни) оказался как-то связан – пусть и в 3–4 колене! – с белорусскими Ковалями.

Так что не было у меня желания углубляться в генеалогию Ганса. Но эвереттическая добросовестность требовала продолжения работы по этой «ворсинке».