Ветвления судьбы Жоржа Коваля. Том I

: опыт реконструкции социального статуса, правового положения, социокультурного облика, поведения и настроений», The journal of Power Institution in Post-Soviet Societies», № 4/5, 2006 г., https://journals.openedition.org/pipss/493 (вх. 11.03.20).].

Такой шаг Абрама требовал разрешения от командования, но оно могло быть получено сравнительно легко, поскольку Абрам мог мотивировать просьбу о женитьбе необходимостью обезопасить невесту от притеснения раввина-отца (разумеется, умалчивая о её «социализме»). А отрыв еврейки от раввина был явным плюсом в оценке идеологической работы военного командования той части, в которой служил Абрам.

… В письме Жоржу в день похорон Этель, Абрам использует три ключевых слова, характеризующих её роль в семье – «забота, совет, помощь». Она заботилась о течении повседневной жизни, её советы были необходимы при принятии главных семейных решений, и она помогала всем чувствовать себя единой семьёй.

И, конечно, не случайно, на фотографии, висевшей в доме Ковалей после смерти Этель, её лицо окружено светлым нимбом.

Фотографию наверняка делал Шая. И его внутренний голос подсказал ему – на Востоке светящийся ореол вокруг чела всегда символизировал награду за праведную жизнь и означал Просветление.[207 - Котова Наталия, «Что означает нимб над головой? Что символизируют нимбы над головой у святых?», сайт FB.ru: https://fb.ru/article/164303/chto-oznachaet-nimb-nad-golovoy-chto-simvoliziruyut-nimbyi-nad-golovoy-u-svyatyih.]

01.28. Портрет Этель (29?24 см.

), висевший на стене в доме А. Коваля в последние годы его жизни.[208 - Источник фото: ДСАЖАК, оригинал.]

Абрам

Прежде, чем описывать странные и запутанные события телеханской жизни Абрама Коваля, необходимо попытаться выяснить точную дату его рождения. Как оказывается, от знания этой даты зависят оценки вероятности вариантов ветвлений его судьбы в начале XX века.

Официальных документальных свидетельств о месте и дате его рождения пока не обнаружено, да и вряд ли они сохранились – через запад Белоруссии прошло столько «исторических тайфунов», что надежда обнаружить какие-то «метрические книги» захолустного местечка в черте оседлости второй половины XIX века кажется абсолютно призрачной.

К тому же, Абрам столько раз в течение жизни менял паспорта и «паспортные данные» как в России, так и в Америке, что и этот источник нельзя считать достоверным.

Остаётся исходить из того, что сам Абрам в последние годы жизни писал о своём происхождении.