Артур Артузов – отец советской контрразведки

На очередном допросе арестованный рассказал о записке, в которой давалась подробная характеристика различных сторон государственной и общественной жизни Советской республики, составленной Центром для информации стран Антанты, а также о встречах руководителей организации с приезжавшим нелегально в Москву начальником деникинской разведки полковником В. Д. Хартулари и с другими Белогвардейскими эмиссарами.

Сентябрь 1919 года. Щепкин арестован, но Алферов еще оставался на свободе.

Контрразведчики уже знали, что существует штаб Добровольческой армии Московского района.

Предстояло выяснить, кто им руководит. Время подгоняло. До назначенного срока вооруженного мятежа оставались, возможно, считаные дни. Тула, правда, не была взята Деникиным, но положение было по-прежнему серьезным.

Лишь самые доверенные лица знали, что именно Ступин вместе с бывшим генерал-лейтенантом Николаем Николаевичем Стоговым стоит во главе штаба Добровольческой армии Московского района. И уж совсем единицам было известно, что бывший начальник Ступина – руководитель оперативного отдела Всеглавштаба, бывший генерал С.

 А. Кузнецов— и есть тот самый человек, который снабжал Деникина и Колчака особо ценными секретными документами. Однако собравшиеся не знали, что Кузнецов арестован чекистами.

– Прошу прощения господа, опоздал по уважительным причинам, – раздеваясь, произнес Ступин. Пригладив редеющие на макушке волосы, он занял свободное место, хорошо освещенное лампой.

– Господа, если не возражаете, я вкратце обрисую создавшуюся обстановку, – начал Алферов разговор.

 – Некоторые наши товарищи заметили по косвенным признакам, что за ними ведется слежка. Следовательно…

– Следовательно, – подхватил мысль хозяина квартиры Ступин, – это означает, что ЧК напала на след организации и нам не избежать арестов.

– Каков же выход из положения? – спросил Алферов.

– Выход один – форсировать подготовку восстания. Я кое-чему научился на службе у большевиков.

Слова Ступина были созвучны мыслям каждого, сидевшего за этим столом.

И Алферов, и Миллер, и Сучков видели в бывшем подполковнике опору организации, ее надежду. Словно почувствовав это, Ступин с еще большим жаром принялся излагать военный план:

– Обстановка вынуждает нас выступить без промедления. Запомните – срок выступления 21–22 сентября.

Ступин вынул из кармана френча сложенную карту, разложил перед собой:

– Господа мне было поручено разработать план захвата Москвы. Я вам его доложу.