Сочинения. 1912–1935: В 2 томах. Том 2

– За три месяца с малым,

Не быв гимназистом,

Можно ль стать латинистом? —

Цезарь прошёл вяло,

Кое-как Гораций,

Но нужно признаться —

Испортил всё Ливий Тит…

И воззрел Юпитер в окно на клёны

На скульптурную Зевсову гриву —

Улыбнулся лениво,

Вчерашнюю вспомнил попойку

И… поставил мне тройку!

Вот и всё о том, как учился латыни,

От конторской чихая пыли я.

И кто в меня камень кинет

За то, что не знаю Вергилия?

И всё же к поэту «Буколик», «Георгик»

Стремлюсь порой, проклиная восторги

Урбанизма бензинно-бетонных оргий.

Зачем толпимся меж стен, зубами

Грызущих небо, сожравших дали?

Зачем асфальт и гранит втоптали

В сырую мать землю? Зачем мы сами

Ложью черним белизну бумаги?

Зачем мы нюхаем пыль и вонь?

Зачем мы слушаем лязг и стук?

Зачем мы глядим на углы и кубы

(Каких ещё нужно нам теорем?)

Зачем? Зачем?

Вопросы тщетны и – знаю – глупы,

Но что же делать, когда мне любы

– Страна, раскрытая как ладонь…

На жирной грядке свежий латук…

Ива над зеркалом влаги,

Распустившая волосы,

Расчесавшая длинные кудри

Золотым гребешком лучей

На зелёные ровные пряди…

Мычанье стад на хуторе…

Просторы неба, пажитей глади…

Кукушки голос…

Созревший колос

Полей?.

Мечтать об этом сладостно и больно

И так напрасно!

Но вновь и вновь слежу невольно

В прекрасных книгах за мечтой прекрасной.

И пусть не могут говорить Вергилий

Со мной, невеждой или Феокрит,

Зато потомок их далёкий говорит —

Пусть Жамм, слегка неловкий от усилий

Быть ясным и простым, прочтёт пред нами

Молитву, чтобы в рай он мог идти с ослами.

Молитва, чтобы в рай я мог идти с ослами

О, Господи, когда пойти к Вам будет нужно,

Пусть это будет в день, когда деревни в дружном

Наивном празднике пылят… Хотел бы я

Дорогу сам избрать и, как привык, бредя,

Идти, гуляя, в рай, где днём сияют звёзды.

Я трость свою возьму, пойду большой дорогой

И по пути ослам, друзьям моим, скажу:

Зовусь я Жамм Франсис, я прямо в рай иду

Затем, что ада нет у Господа в стране.

Идёмте в рай со мной, друзья лазурных дней!

Скотинки кроткие, что быстрым взмахом уха

Надеетесь прогнать удары или муху…

Пусть, Боже, к Вам явлюсь меж этих тварей пленных,

Склоняют и стоят, так чинно ножки сжав,

Что поневоле нам становится их жаль.