Блокадный пасьянс

Молодые солдаты его части бегали по плацу и восторженно кричали: «Война, война!»

26 июня 1941 года, четверг, 5-й день войны

Лееб:

Корпус Манштейна[7 - Генерал-фельдмаршал Эрих фон Манштейн (1887–1973). В июне 1941 г. – командир 56 моторизованного корпуса. В немецком журнале «Камераден» № 12 за 2012 г. помещена фотография могилы Манштейна в местечке Дорфмарк в северо-западной части Германии. Родственники забыли о ней, теперь о могиле фельдмаршала заботится энтузиаст, бывший фельдфебель бундесвера.] захватил Дюнабург (Даугавпилс), мост через Дюну оказался в наших руках в полной сохранности.

Это удар в подбрюшье противника. Он все силы направит на то, чтобы постараться отбросить нас оттуда.

Командующему 1-м воздушным флотом генерал-полковнику Келлеру[8 - Генерал-полковник Альфред Келлер (1882–1974).] выражена благодарность за сегодняшнюю авиационную поддержку и высказана просьба «разогнать» отступающие колонны противника, а также разрушить железнодорожные линии, ведущие к Дюнабургу.

Буров:

Финляндия объявила войну Советскому Союзу. К нацелившимся на Ленинград стрелам вражеского наступления с юго-запада прибавляются стрелы с севера.

Свой первый удар финские войска направили против военно-морской базы Краснознамённого Балтийского флота на полуострове Ханко, более известного у нас как Гангут. Во времена Петра I русские моряки одержали при Гангуте блистательную победу. Мужество предков вдохновляло защитников полуострова Ханко в неравной борьбе с врагом.

Героическое прошлое тоже становится оружием. 26 июня состоялось заседание группы новой истории Ленинградского отделения Института истории Академии наук СССР. На заседании рассматривался вопрос о создании научно-популярных брошюр для воинов.

Скрябина:

Вчера вечером пришлось пережить большие волнения. Я была уже в постели, когда наша соседка Любовь ворвалась ко мне в комнату с диким воплем: «Немедленно прячьте Юру!». Торопясь, она сообщила последнюю новость: отдан приказ вывезти всех детей из Ленинграда, матерям не разрешено их сопровождать, посылают детей в Бологое, Старую Руссу и тому подобные места.

А там ещё более опасно, так как немцы наступают с невероятной быстротой и бомбят. Я так испугалась, что о сне нечего было и думать. Сердце колотилось, мысли все перепутались: не знала, что возможно предпринять, на что решиться. Расстаться с Юриком, да ещё в такое тревожное время, для меня такой ужас, что я готова пойти на всё.