Кто я? Книга 2. Мои университеты

Он ещё говорил – хорошо, что он не сунулся туда, а только открывал дверь, а то бы был убит.

Я подумал, что лучше применить тактику бойцов истребительного батальона, и сказала лейтенанту: «Давайте попробую я». И крикнул: «Иван, я до армии прослужил год в истребительном батальоне в Западной Украине и знаю, как брать бандитов в хате. Мы расстреляем окна и забросаем твой дом гранатами, а потом подожжём. Ты служил в Западной Украине и, возможно, видел такие операции, поэтому выходи, сдавайся. Вначале выбрось пистолет – стрелять по тебе мы не будем».

Я расставил курсантов напротив всех окон и сказал: «По моей команде три раза стреляйте по окнам». Курсанты заняли позиции, я опять крикнул Ивану: «Бросай пистолет и выходи сдаваться!». В ответ снова раздался пистолетный выстрел в закрытую дверь. Конечно, этот выстрел никакого вреда никому не принес, но было ясно, что дезертир сдаваться не хочет. Тогда я крикнул курсантам: «Огонь!». Они выстрелили трижды, каждый по своему окну.

Окна вдребезги. Я снова крикнул: «Как, Иван, теперь? Кидать гранаты или ты выходишь? Через две минуты будем кидать гранаты во все окна». Через минуту в разбитое окно рядом с дверью был выброшен пистолет, тотчас же открылась дверь, и вышел с поднятыми руками дезертир.

Лейтенант подобрал пистолет, мы связали дезертиру руки за спиной и повели его в свою часть. По дороге я сказал дезертиру, что гранат у нас не было, но дом поджечь мы могли и подожгли бы. Потом меня спросил лейтенант: «А ты правда служил в истребительном батальоне?».

Я ответил: «Конечно, нет, но я видел аналогичный эпизод, и в техникуме такому бою меня учил военрук».

Привели мы дезертира в свою часть, сдали дежурному по части, вышеупомянутому капитану. Они поместили пойманного дезертира в помещении своей гауптвахты. Он пробыл там неделю, после чего командир войсковой части передал его в милицию Алапаевска. Между прочим, через три или четыре дня он от них сбежал.

Через какое-то время опять пришлось ловить очередного дезертира, но это было совершенно другое дело.

Мы подошли к дому, где жил этот дезертир, нам навстречу вышла его мама вместе с ним. Оба плакали. Оказалось, что это новобранец, прибывший в свою войсковую часть, к нему там плохо отнеслись, и он уехал домой. Опять мы привели его к себе в войсковую часть. Он просидел в нашей гауптвахте дня три-четыре и опять его забрала милиция. Нам было его даже жалко.