Киностудия

Мой номер шестнадцатый и моё место в буфете.

Гарик взял чемодан и по-спортивному легко и бодро направился в свой номер.

– Вы идёте с нами к Гарику на пикник? – спросила Полина. – Он ведь всё равно не отстанет.

– Не могу, – ответил Чащин. – Мне ещё надо отправить срочные бумаги по почте.

– Ну, как хотите. Пойду, переоденусь, – сказала Полина и пошла в свой номер.

Чащин подошёл к шкафу, открыл дверцу, извлёк оттуда кипу бумаг, сложил их в сумку и, накинув куртку, вышел на улицу.

2

– Осветители, перестаньте щелкать семечки.

Не на базаре, – выругался режиссёр.

Но те лишь заухмылялись в ответ. Назревал конфликт. Утомившаяся от ожидания киногруппа нервничала и враждебно поглядывала на режиссёра. Причина была проста и очень банальна в киношном мире. Режиссёр ждал солнца, а его всё не было, вот уже три часа кряду. Правда, оно нет-нет да появлялось на капризном балтийском небосводе, но лишь за тем, чтобы ненадолго подразнить киногруппу. Режиссёр нервно поглядел на часы, затем на хмурое небо и задумчиво уставился на камеру.

– Снимать нельзя, – сказал оператор, уловив напряжённый взгляд режиссёра, – только плёнку загубим.

– Сам знаю, – буркнул режиссёр и, натянув на самые глаза бейсболку, стал нервно вышагивать по площадке.

Это был его третий фильм. Первые два провалились в прокате и в этот раз он не намеревался наступать на те же грабли. Это уже означало бы приговор, диагноз. Потому он и отыскал крепкий сценарий, выбил у киностудии деньги, набрал нужных актёров, снарядил экспедицию в далёкие края.

В кино же он пришёл из бокса. Бывший спортсмен он и в кино поначалу снимал документальные фильмы о спорте. Снимал их жёстко, бескомпромиссно, оттого и первый его игровой фильм обозвали «чернухой». Его побаивались, с ним не очень-то спорили. Правда, свои железные кулаки он пускал в ход на площадке лишь один раз, воспитывая пьяного зарвавшегося актёра. Но многие это видели и хорошенько запомнили.

Молва прокатилась.

Режиссёр с кислым лицом взад-вперёд ходил по площадке.

Киногруппа томилась в ожидании. Многим было всё равно. Одним днём простоя больше, одним меньше… Суточные платят исправно. Лишь один неунывающий Гарик развлекал костюмершу и гримёров байками из актёрской жизни: «Так вот, народный артист Шилов, известный сердцеед и волокита, после очередного спектакля, как обычно, по пути домой, прихватил к себе в гости одну из поклонниц. Из тех, кто его по обыкновению, возле театра или в подъезде дома дожидаются.