Труба Иерихона

Судя по результатам, оно прошло успешнее, чем, наверное, в Пентагоне ожидали. Никого в России, как мы уже говорили, не волнует и не возмущает, что русских бьют в фильмах и книгах, расстреливают в компьютерных играх. То есть мы с этим уже молча соглашаемся. Мы соглашаемся, что Рэмбо побивает русский элитный спецназ пачками, а вот русский спецназовец такое проделать не может – как же, всего лишь жалкий русский! – вон даже Виктор Александрович играет в игры, где расстреливает русских и высаживает американские десанты на Новой Земле и в Сибири… Это и есть проигранная нами война.

Россия уже захвачена. Почти что покорена… Даже если еще и не признается в этом себе и близким. А те, кто кричат об оккупации… это отдельные очаги сопротивления, быстро тающие партизанские отряды! Чаще даже не отряды, а так, одиночки. Уже по всей стране вывески «Магазин» сменили на «Market» или «Supermarket»… И вот мы, тающее сопротивление, решаемся поставить вне закона Штаты, эту Империю Зла, которая уже практически завершила захват планеты?

Взгляды впились в меня с такой интенсивностью, что я ощутил жжение во внутренностях, несмотря на всю толстокожесть.

– Да, – ответил я резко, – решаемся. Надо выдвинуть такой же по мощи контраргумент! А еще лучше – помощнее. Да, нам хуже всех в Европе. Но субдоминантом никто стать не хочет. Даже самая близкая по духу Англия все же хотела бы сохранять от Империи дистанцию. Англичане гордятся Штатами, как интеллигентный родитель гордится своим огромным сыном, что неожиданно вырос здоровяком и лупит не только чужих детей, но и взрослых.

Но до полного поглощения Англии Империей остался крохотный шажок, и в Англии все это понимают… А уж про гордую Францию и говорить нечего! К тому же не забывайте про огромный мусульманский мир. Теперь это наш союзник, несмотря на всю сложность отношений России с исламом. Вернее, с его экстремистскими течениями.

Коломиец сказал осторожно:

– Но не приведет ли это к… э-э… некоторым нарушениям международных норм? Ведь если мы согласимся, что наше положение настолько отчаянное, согласимся с тем, что мы – партизаны в собственной стране, то… просчитываете, какой может последовать вывод? Не к нему ли подталкивает Виктор Александрович? Партизаны не соблюдают конвенций… не помню, Женевских или Гаагских, когда стреляешь по противнику только в крайнем случае… Партизаны не пробуют сперва все мирные методы! А то вон Виктор Александрович даже цитату из Льва Николаича приводил.