Труба Иерихона

Так что ты моим капризам хоть сегодня не перечь.

Улыбка была такой горькой, что Филипп заставил себя выйти с ним на лестничную площадку, а затем и войти в лифт.

На улице его тряхнуло, Дмитрий с острой жалостью поглядывал на сгорбившуюся фигуру друга, острые плечи, испуганный взгляд.

Филипп старался держаться ближе к стенам зданий, словно боялся идти близко к кромке тротуара, Дмитрий крепко держал за локоть, поворачивал в стороны, говорил громко и уверенно.

Хмурые тучи двигались быстро, темные и лохматые.

Когда миновали квартал, солнце выскользнуло в щель, вниз ударил узкий яркий луч, словно по земле шарили прожектором.

Оба как раз вышли на площадь. Острый, как меч, шпиль на мечети вспыхнул подобно фейерверку. Дмитрию казалось, что во все стороны брызжут огненные искры, а сам шпиль не уменьшается, а увеличивается в объеме, усиливает блеск, как за последний год ислам усилил блеск и мощь своего учения.

По-восточному светлая и изукрашенная яркими изразцами мечеть сразу привлекала взоры.

Дмитрию стало досадно, что смотрят именно на мечеть, а не идут любоваться собором Василия Блаженного или Кремлем. К тому же недавно закончили окончательную отделку нелепого безоб–разия – храма Христа Спасителя… нет, надо признаться честно, мечеть в самом деле красивее. Понятно, ее строили не лапотные строители, что возводили Покровский собор, переназванный народом храмом Василия Блаженного, а дипломированные специалисты. Им кинули на лапу огромные бабки, при постройке мечети использовали новейшие технологии, но это все объяснение, которое на фиг простому народу. Простой народ просто смотрит на это светлое чудо и говорит в восторге: лепота…

– Лепота, – услышал он в сторонке восторженное. – Это ж надо, какую красоту отгрохали…

На мечеть засмотрелся русоволосый мужик, явно из глубинки, только у них вот такие бесхитростные лица с обязательной лукавинкой в уголках глаз, обветренная кожа, даже если горожанин, – лишь в Москве автобуса не ждут часами на морозе, – независимая и одновременно настороженная поза.

– Нравится? – удивился Дмитрий.

– Еще бы, – ответил мужик.

Дмитрий оглянулся на Филиппа, тот нахмурился, но смолчал. Дмитрий возразил громко:

– Но это ж… это ж мечеть!

Мужик хладнокровно сплюнул на брусчатку, застеснялся и растер подошвой сапога, выказывая хорошие манеры, сказал довольно:

– Так не казино ж!.. Или это, как его… где у вас голые бабы…

– Да у нас они везде голые, – ответил Дмитрий.