В ожидании сердца

Идешь по улице и вспоминаешь: вот пожарная каланча, вот школа, вот деревья… А главное – запахи, их никогда не забываешь. И все-таки город уже другой…

НИНА. Лучше или хуже?

ОЛЕГ. Другой. Как говорили древние, нельзя дважды войти в одну и ту же женщину, ибо женщина, ложащаяся с тобой, и женщина, встающая от тебя, это две разные женщины…

НИНА. Записать?

ОЛЕГ. Запиши.

НИНА (берет с тумбочки блокнот, пишет). «…разные женщины». Кстати, у твоей жены плохой почерк.

ОЛЕГ. Не надо. Даша очень хорошая! Ты знаешь, мне кажется, она уже достаточно наказана.

НИНА. Иди, если хочешь, чтобы она испортила тебе жизнь.

ОЛЕГ. Почему она должна испортить мне жизнь?

НИНА. Потому что она тебе не подходит. Тебе нужна другая женщина.

ОЛЕГ. Чем же она мне не подходит?

НИНА. Всем! Дорогой мой, запомни, существует два типа женщин. Одни должны мужа уважать, а другие – унижать. И есть два типа мужчин. Одним нужно, чтобы жена их уважала, а другим, чтобы унижала… Так вот, ты, милая моя Ольга Чибисова, женился на женщине, которой нужно мужа уважать…

ОЛЕГ.

НИНА. Боже, какой глупый! Ты же не выдержишь этого уважения. Уважению нужно соответствовать. Это примерно как если всегда ходить в белом костюме: ни присесть, ни облокотиться, ни прислониться. Где в таком случае ты будешь брать материал для книг? Твоя писательская копилка опустеет. Ты знаешь, сколько талантов убил счастливый брак с порядочной женщиной?

ОЛЕГ.

НИНА. Она говорила тебе, что дамские романы это, конечно, хорошо, но пора бы засесть и за серьезную прозу?

ОЛЕГ. Говорила.

НИНА. Я бы никогда не сказала. Она тебе говорила, что в таком случае готова смириться с тем, что у вас будет гораздо меньше денег?

ОЛЕГ. Говорила.

НИНА. Я бы никогда не сказала. Она тебе говорила, что ей не очень-то ловко быть женой Ольги Чибисовой?

ОЛЕГ. Намекала.

НИНА. И ты это терпел?

ОЛЕГ.

НИНА. Бедненький!

ОЛЕГ. Ну, знаешь. От тебя, когда мы жили вместе, я вообще не слышал доброго слова. Кто говорил, что я графоман?

НИНА. Я.

ОЛЕГ. Кто говорил, что я себе на носки не зарабатываю?

НИНА. Я.

ОЛЕГ. Кто говорил, что в постели от меня пользы меньше, чем от большой резиновой грелки?

НИНА. Я говорила. Я! Так накажи меня за это. Накажи прямо сейчас!

Набрасывается на него. Гаснет свет. И тут же зажигается в другом номере.