О времени, стране и о себе. Первый секретарь МГК КПСС вспоминает

Комитет комсомола принимал участие в распределении стипендий, которых было довольно мало. Мы исходили из того, что стипендия дается не только в целях поощрения, но и для того, чтобы человек мог учиться. Поэтому стипендию могли дать и троечнику, если видели, что он старается и у него тяжелое материальное положение.

Комитет комсомола организовывал и подработку: мы разгружали вагоны с цементом и магнезитом на станции Мальчики в Люберцах по субботам и воскресеньям. За это получали деньги.

Таких ребят, которых надо было заставлять учиться, практически не встречал.

Были просто не очень подготовленные к учебе в институте, некоторые приехали из сельской местности, где в школах не хватало учителей, или слабо поставлено образование, или здоровье не позволяло, или приходилось много времени уделять подработке. Таким студентам старались всячески помогать.

Сейчас возможности и запросы у ребят другие. Но творчество, туризм, спорт всегда интересовали большинство молодежи. Поэтому до сих пор у нас еще держится авторская песня, и на ее праздники собирается множество людей.

Все это нужно возвращать молодым.

Мне, как секретарю комсомольской организации института, надо было во всем подавать пример, но, конечно, не все шло гладко и весело. У нас была военная кафедра, где мы изучали военную технику. Специализация – ремонт и эксплуатация гусеничных и колесных машин. Мы учились их разбирать, собирать, ремонтировать. Параллельно занимались строем, владением стрелковым оружием. Но в основном занятия были по нашему профилю.

После третьего и четвертого курсов выезжали в военные лагеря, проходили стажировку в автомобильном батальоне Таманской дивизии. По окончании учебных сборов сдавали государственный экзамен на знание специальности на уровне среднего специального военного училища. После этого нам присваивалось звание младшего лейтенанта.

Я умел водить все транспортные средства: грузовик, артиллерийские тягачи (легкий, средний, тяжелый). Тяжелые тягачи – огромные: под капот можно было спрятаться вместе с двигателем.

Приходилось и бронетранспортеры водить – БТР-150 и БТР-47. Я не могу сказать, что мастерски все это делал, так как на вождение времени отпускалось мало, но на водительские права сдавал.

У меня на сборах произошел случай, который мог окончиться трагически. Я проходил практику на танкодроме на артиллерийском тягаче – мощной машине. Рядом сидел инструктор, а я за рычагами. Мне захотелось показать классное вождение.