Дипломат

– Товарищ командир, можно еще немного поспать?

– Нет, ни в коем случае, получите два наряда вне очереди, – Коля подскочил к жене и смачно поцеловал два раза в губы.

– Хочу еще два наряда вне очереди, – прошептала Таня и поцеловала любимого.

– С началом такого прекрасного утра. Мы можем опоздать на электричку, нас очень ждут и надеются, подъем!

Таня вскочила с кровати, напевая: «Москва моя, страна моя, ты самая любимая!». Коля тем временем достал парадный мундир и тщательно стал рассматривать свои награды.

– Все решил, не хочу быть похож на новогоднюю елку, – пробормотал он и стал снимать с кителя медали.

Подошел к зеркалу, глянув на себя, остался доволен, это совсем другое дело. На него смотрел бравый офицер со знаком «Гвардия» и четырьмя боевыми орденами на груди. Таня выскочила из ванной и ахнула, глядя на мужа.

– Я поняла, мы идем на прием в наркомат или в Кремль, угадала?

– Почти что.

Они шли по осенней Москве. Коля с удовольствием декламировал Пушкина – «Унылая пора! Очей очарованье! Приятна мне твоя прощальная краса».

Таня продолжила: «И пышное природы увяданье, в багрец и в золото одетые леса».

– За стихотворение вам пять, – объявил Коля и поцеловал жену.

– Товарищ майор, можно еще прочитать стих, больно оценка хороша?

– Нет, вон наш трамвай, бежим. Подъехали к вокзалу и побежали к электричке, едва успели в последний вагон. Народу было битком, молодая парочка освободила им места. Коля покраснел.

– Да что вы, ребята, сидите. Мы же, слава богу, не инвалиды, да и не пожилые еще.

– Вы нас от фашистов спасли, садитесь, героям почет и уважение!

Они сели на сиденье, оконфуженные и красные от стыда, как раки. Где-то в конце вагона играли на гармошке и пели «Казаки, казаки, едут, едут по Берлину наши казаки!» И так сразу им стало спокойно среди этих своих простых русских людей. Гармонист все играл и играл. Коля, как будто загипнотизированный слушал, а сам был далеко-далеко…

Вспомнил, как его правая рука – Миша Масалов так наяривал на гармошке, что казалось, мошкара бросится в пляс.

Левая его рука – Егор Кукушкин так плясал, что в сельском клубе стены ходуном ходили. Местные девчата были без ума от этих артистов-разведчиков. Вечером после танцев девчата пригласили их погулять. Миша хмыкнул.

– Да я уже двоих нагулял.

– А я, одного, обращайтесь к командиру, – захохотал Егор.

– Извините, девчата, в следующий раз, пора нам уже, – Коля мотнул головой в сторону линии фронта.