Повести и рассказы. Избранное

Оставляли всего по восемь-девять соток, излишки цыганам отдали. Недовольных тогда шибко много было. Вот и тятя-то мой не захотел там больше жить и продал дом. Все мы переехали на Шарташ, к дядьке нашему, Фёдору Силычу. Получается, в пятьдесят пятом году это было. Здесь отстроились потихоньку. Так вот и живём.

– А мы на цыган как-то не обращали внимания, – сказала Галина. – Они нас не беспокоили. Когда у меня муж умер, с дочерью мы решили разъехаться. Она в Нижне-Исетске осталась, а меня сестра сродная на Шарташ позвала.

– Да.

Галина взяла на колени объевшуюся в буквальном смысле кошку, стала её гладить. Муська, почувствовав себя в центре внимания, заурчала, подставляя под ласки свой распухший живот.

– Ой, Мусенькя, какая ты толстая. Беременная, что ль?

– Прямь, беременная! – ухмыльнулась баба Клава. – Она уж старая.

– Это она пельменями обожралась, – заметила Паня.

– Роди мне, роди хоть одного котёнощкя, – гладя кошку, приговаривала Галина. – Роди мне, роди.

Через некоторое время Муське эта процедура надоела и, спрыгнув, она выбежала в коридор. Оставшись без объекта своих ухаживаний, Галина, в своём стиле, потребовала «продолжения банкета»:

– Генкя! Наливай!

– Да будет Вам, тёть Галь! Мне не жалко, но на посошок оставьте место.

– Тогда не молчи, скажи нам, старухам, хоть что-нибудь интересное.

– Вот сижу, думаю, чего бы Вам сказать, – почесал затылок Гена.

– Ну?

– Но это больше Натальи касается.

Все повернулись в сторону Натальи, которая пыталась вилкой достать солёный огурец из трёхлитровой банки.

– Давай, говори, раз меня касается, – сказала она, отодвинув банку в сторону.

– Я на счёт студента нашего, Максимки.

– А что такое?

– Просит он немного снизить ему плату за проживание. Я сказал, что спрошу у тебя. Хороший он парень.

В комнате воцарилось молчание. Видно было, что для Натальи этот разговор неудобен. Лицо её стало красным то ли от борьбы внутри себя доброй и корыстной сторон, то ли от возмущения поднятой не к месту темы.

– Сейчас ничего не скажу, – наконец выговорила она. – В дальнейшем посмотрим.

Потом все опять сидели, молча, глядя на студентов.

– Ладно, Вы тут решайте. А нам идти пора, – вставая из-за стола, сказала баба Паня. – Галя, ты идёшь?

– Куды ж я денусь-то, – с некоторой досадой ответила Галина. – Зовёшь, так пойду.

– Я вас провожу, – встала из-за стола Наталья.

Её примеру последовала и Клавдия Ивановна.