Забытый князь

Даже Пелагея, и та ничего не узнала и дивилась наравне со всеми.

Семен, правда, как напивался, все бил себя в грудь:

– Грешен я, люди добры! Грешен!

А в чем грех, даже пьяный, не сознавался. Быть таким скрытным заставил его один случай. Проживал когда-то на селе один мужичонка, Кузьма. Вот этот Кузьма на глазах начал богатеть. Селяне к нему: дескать, как ето?.. Тот, дуралей, все и рассказал. Мол, ехал он единожды с Рязани. Нужда приперла. А дело было зимнее. Он конягу остановил и стал у дороги место разгребать.

Гребет ногой… и вдруг что-то мелькнуло, черное. Он хотел было плюнуть на это, в снег-то небольшая охота лезть ручищей. Но, подумав, полез. Бац! А это мошна чья-то. С деньгой! Вот и взял он ее. А слух об этом до Рязани докатился. Вскоре примчались два воина, подхватили беднягу под ручонки. Связали и в сани бросили, объявив народу, что он убивец. Тот Богом клялся, что нашел. Да кто поверит! Увезли… и с концами. Нет, Семен не такой. Из него правду клещами не вытащишь.

Незаметно подрос Никифор.

О том странном богатстве все уже забыли. Семен с Пелагеей стали думать, к кому посылать сватов. Да вмешался сам Никифор, сказав:

– Окромя Ольги, мне нихто не нужон.

Отец было прикрикнул:

– Ты у мня смотри… выпорю!

Но сын, твердо посмотрев на родителей, заявил:

– Порки не боюсь. А ежели не Ольга, уйду, как Демыч ушел.

Демыч – сын соседей. Когда его решили женить и сосватали косую Мавру, он, ни слова не говоря, тихонько прихватив одежонку, оставил отчий дом. Сколь его ни искали, так и не нашли.

Эти слова возымели на Семена и Пелагею свое действие. Они испугались и начали искать сваху. Да такую, чтоб сватовство удалось. Ольга, зная себе цену, девкой была строптивой.

И вот счастливый для него день наступил. Сваха, немало запросив, сумела уговорить и родителей и дочь. Семен понял, что его приход оборвал рассказ раскрасневшейся свахи. Видать, Пелагея не пожалела браги, сваренной на свадьбу. Посмотрел, где ему лучше пристроиться. Увидев табурет под висевшей одеждой, взял его и притулился к стене.

Сваха, зыркнув на хозяина маслеными глазками, продолжила:

– …и выбрала я место под матицей. Примета верная, задуманное сбудется. Села я под него и им говорю: с лица воду-то не пить, и ее красоту хвалить стала. А че за жизнь за смердом? Того и гляди хозяин прогонит. И куды они с детьми? А Рылы – семья справная. Все село скажет. Трудяги, не пьющи… ну только по праздникам. А сыночек – то высок, здоров. Хорошим хозяином будет.