Забытый князь

Был великий соблазн идти в Московию и просить там помощь у великого московского князя. Но воеводы, бояре его отговаривали:

– Да, Димитрий разбил великое мамаево войско. Но пришел новый хан, захватил Москву, хотя потом и бежал. Тверской князь, благодаря усилиям Московии, очень слаб. Новгород? Навряд ли. Они в обиде на нас, литовцев, мы ведь столько раз нападали на них. А за их спиной стоит Москва. Они ее боятся не меньше нас и тевтонцев. Если помогут, то подорвут свои силы. Вряд ли они пойдут на это.

Против таких доводов Витовт не находил возражений.

И он приказал повернуть налево.

На сей раз магистр встретил его весьма официально. В беседе он высказал ему недовольным тоном, что тевтонцы сделали все, чтобы удовлетворить его просьбу:

– А если ты, – он пристально посмотрел на князя, – не удержал власть, – и развел руками, – то это твое дело. Я не могу больше рисковать своими людьми, ничего не получая взамен. – При этих словах, в его глазах пылал огонь плохо скрываемой жадности.

Витовт понял, что надо чем-то пожертвовать.

Но чем? Это как с руками – какая важнее? Торговля затянулась на несколько дней. Но тут Витовт получил тайное сообщение, что Ягайло готовится выдать замуж его Софьюшку. Он понимал, что Ягайло пытается найти такого зятя, который станет его первым врагом. «Что же делать?» – мучал его этот вопрос.

Как раз в это время к нему явился тевтонский епископ. Витовту стало ясно, что сейчас он узнает цену ожидаемой помощи. Он знал этого человека. Его внутренняя суть не отвечала внешнему виду.

Он был среднего роста, полный, с мясистым улыбчивым лицом. От его выражения веяло добротой, сочувствием. Но это было так ошибочно! Голос мягкий, серые глазки то пронзительные, то бегающие, то мягкие.

– Ваше княжеское сиятельство, – заговорил он, – испытывает весьма серьезные неудобства от несправедливого поступка ближайшего родственника. Но всемогущий Бог наш, принимая в свое лоно страдающего, всегда оказывает ему помощь. И наша церковь будет молиться, чтобы у сиятельного князя разрешились неприятности.

«Понятно, – отметил про себя Витовт, – я должен принять католичество. Что же делать?»

– Святой отец, – начал он решительным голосом, – я в душе давно христианин. И я склоняюсь к православной вере, – князь решил не таить своего желания.

– Ну и что ж, – продолжая улыбаться, проговорил епископ, – каждый волен выбирать свой путь. Это земля католиков, и она не может в силу ряда обстоятельств молиться за ваше, раб Божий, благополучие.