Западный поход

Войдя в кабинет, рыцарь увидел магистра у окна. Одна его рука была приподнята, и он пальцами стучал по стеклу. Стало ясно, что что-то случилось. Подойдя ближе, рыцарь скользнул взглядом по столу, где лежал клочок пергамента, и понял: получена недобрая весть.

На поклон рыцаря магистр ответил кивком головы и прошел к столу, рукой указав вошедшему на кресло. Убрав пергамент в стол, магистр впервые взглянул на Конрада.

– Что, недобрые вести? – спросил рыцарь, усаживаясь в кресло.

Магистр ответил вначале только веками.

Но потом, подумав, сказал:

– Хан схватил Кориата и выдал его Симеону.

Как особо доверенное лицо магистра рыцарь знал об этой поездке. Поэтому был настолько удивлен таким сообщением, что даже приподнялся. Но магистр осадил его движением руки, сказав:

– Ты чему удивился? Для нас это, пожалуй, даже лучше. Хотя…

– Я думаю, Олгерд был настроен идти на Московию, – проговорил Конрад, испытующе глядя, как отреагирует магистр.

Тот ухмыльнулся, потер лоб. Покрутив завиток своих длинных волос, проговорил:

– У Олгерда зачесались руки.

Если это не удалось с Ордой, он может повернуть к нам.

– Да-а, – произнес Конрад, гладя руками блокотницы кресла.

Потом, ударив по ним, заметил:

– Пока Литва мечется в выборе религии, она нам не страшна, то есть не очень страшна, – поправился Конрад, – на худой конец, нам всегда помогут и поляки, и венгры. Да, думаю, и чехи не останутся в стороне. А вот Московия… – Конрад не стал договаривать, оставив домысливать эти слова магистру.

– Да-а. – Магистр поднялся и встал рядом с креслом.

На его лицо падали солнечные лучи, отчего он стал выглядеть, как оконфузившийся человек. Глядя на него, Конрад не смог сдержать улыбки и фыркнул. Магистр что-то подумал и сел.

– Да, – на этот раз он сказал это слово резко, – Московия стоит на нашем пути. Как, граф, – почему он так обратился, для Конрада осталось загадкой. Рыцарский статус не позволял такого выделения, тут все были равны, – вы думаете, нынешний князь Симеон не слабее своего отца?

Конрад задумался.

Слухи, которыми он располагал, исходили главным образом от торгового люда, могли быть и необъективными. Но кое-что он все же знал.

– Я думаю, – взор графа проходит мимо магистра, – э… он не слабее Калиты. А может, – рыцарь отвел взгляд от угла, посмотрел на магистра и прищурил один глаз, – даже в чем-то сильнее.

– Да? – удивился магистр, играя пером, извлеченным из чернильницы.

Бросив это занятие, он в упор посмотрел на Конрада.