Симфония времени и медные трубы

Так это оркестр?!!

Егоров подошёл ближе к строю, весьма гражданским голосом скомандовал «Смирно», поздоровался и был удивлён тем, что эта группа, лучше всего было бы сказать – «оборванцев», ответила ему довольно стройным «Здравия желаем!». Подав команду «Вольно», дирижёр подошёл ближе и спросил таким же, неуместно «гражданским» голосом:

– Почему вы так невозможно плохо одеты, и почему… босиком?!

– Разрешите доложить, товарищ старший лейтенант, – обратился к Егорову пожилой человек с очень приятным лицом. – Ведь всё гражданское придётся бросить, не носить же его с собой, поэтому и надели то, что не жалко бросить.

– Вы музыкант? – спросил его Егоров.

– Так точно. Трубач. Служил у капельмейстера Веллера, на втором пульте первых корнетов. Старший сержант запаса. А на гражданке был наборщиком. Сибиряков фамилия моя.

Егоров расспросил всех. Да, все были музыкантами, и были все голоса. Почему-то был даже баянист, с достоинством доложивший:

– Вениамин Краев! Баянист. Призёр областного смотра художественной самодеятельности! – и потом, уже улыбнувшись, чуть тише добавил: – А я вас знаю, товарищ Егоров…

– Откуда же вы меня знаете?

– А вы были членом жюри смотра, ещё беседовали с нами, призёрами.

– Что же! Очень приятно, что встретились. Но что вы будете делать в военном оркестре?!

– Ведь вам же не обойтись с одним ударником, вот я и буду полезен. А с баяном будем песни разучивать. Я вас не подведу!

Несколько человек вовсе были непонятны Егорову. Они как-то неуверенно говорили об альтах, о вторых и третьих тенорах… Но было совершенно ясно указано, что в военных билетах у них стоит ВУС-108 и что они налицо в полном соответствии со списком.

Пока составляли строевую записку (документ, с которым Егор встретился впервые) и переделывали её несколько раз, пока размещались в палатках, день в лагере уже кипел во всю мощь.

Вместе со своими новыми музыкантами Егоров побывал на завтраке, проверил, все ли сыты, а затем сам повёл их в склад ОВС, где проверил, как они обмундировались, и только после этого вспомнил, что он никуда не поехал и что все его планы рухнули.

«Будем делать оркестр», – решил он и повёл к палатке музыкантов,

– Товарищ Егopoв! – услышал он хрипловатый голос. Прямо на него шёл, как всегда, тщательно выбритый и подтянутый, командир части майор Рамонов.