Симфония времени и медные трубы

– Что, Егоров?! Переживаете?! – спросил его знакомый хрипловатый голос.

Майор Рамонов стоял рядом.

– Вы ведь женаты, Егоров! Где ваша жена?

– Осталась в Т**, а дочка наша у бабушки, недалеко от города В**.

– Очень хорошо. А вот мои дочки вместе с мамой где-то… а где, я и не знаю. Когда меня вызвали в Москву, они оставались в Бресте, а вы, вероятно, знаете, что получилось в Бресте 22 июня… – Рамонов молча пошёл вдоль вагонов.

Горе Егорова померкло перед скрытым горем этого мужественного, всегда такого подтянутого человека.

Сколько людей уже испытывают горе, и скольких людей это горе ещё ждёт…

– По вагонам!.. – раздалась команда. Люди стали подниматься в вагоны и перекликаться с провожающими. Поднялся в вагон и Егоров, но шум прощания ещё долго не умолкал. Наконец послышался резкий свисток, короткий отрывистый гудок паровоза, и поезд медленно пошёл. Но состав этот не ушёл далеко. Он отошёл от воинской платформы, поманеврировал по путям станции и в конце концов остановился где-то в закоулке.

Провожающих уже не было. Некоторые музыканты смотрели в открытую дверь, кое-кто устраивался спать. Ужинать никто не захотел. Через полчаса все уже спали. А поезд пошёл только в два часа ночи. Он быстро взял разгон и шёл на предельной почти скорости. Куда он шёл – никто этого в эшелоне не знал. Под утро заснул и Егоров.

Глава 5

В эту ночь в вагоне стало необычно уютно. То ли привыкли к вагону, обжили его, то ли вагон проникся духом товарищеских, человеческих отношений.

А тут ещё пошёл дождь, и дождевые капли постукивали по крыше вагона, а в вагоне было тепло, вспыхивали искры самокруток.

Музыканты вспоминали былые дни, а Сибиряков беседовал с Егоровым:

– Беспокоитесь вы? А как же! Сомневаетесь… ясно почему… Всё равно будто в тёмную играете… да… Только, товарищ старший лейтенант, сомневаться не надо! Не подведём мы вас! Вот получим инструменты, вы и увидите, кто из нас чего стоит. Ну… Кое в ком, может, и ошибётесь, конечно… – улыбнулся он, – так ведь и без этого нельзя.

А что оркестр у нас есть, то это факт!

И заснулось в эту ночь как-то легче, чем в последнее время.

Но вдруг поезд резко затормозил, остановился, а через несколько минут раздалась команда: «Выходи из вагонов!»

Раскрыли двери. Время было предрассветное, шёл моросящий нудный дождичек, никаких станционных строений не было видно. По бокам железнодорожного полотна стоял лес, было сыро и промозгло.

Егоров взял свои вещи и спрыгнул на землю.