Симфония времени и медные трубы

Тогда к ним подошёл Вениамин Краев, баянист и призёр художественной самодеятельности. Он пока пробовал свои силы на малом барабане.

– Товарищ старший лейтенант! Разрешите, я покажу ему! Дай мне тарелки, Кухаров!

Но Кухаров тарелок ему не отдал! Он так посмотрел на призёра, что тот вмиг оказался на своём месте, сосредоточенно глядя в свою партию.

– Я сделаю, товарищ старший лейтенант! Я выучу! Мне старшина ещё раз объяснит! – заверил Егорова Кухаров.

И эти новые вещи Егоров велел учить наизусть. Он видел, как помрачнели лица некоторых его музыкантов, но старшина Сибиряков и тут поддержал Егорова:

– А как же иначе? Нам на ходу играть придётся, в строю, стоя. Куда же ноты девать? Что, перед нами пюпитры понесут? Жди-ка!.. Обязательно надо наизусть учить!

Как и вчера, перед домиком оркестра было много слушателей.

И Егоров подумал о том, как нужна музыка здесь, как её ждут, как к ней тянутся! А ведь у всех красноармейцев день загружен до предела.

А вот идут и слушают, да и не музыку ещё, а пока что подобие музыки.

А уже поздно вечером, в доме, Добровин передал Егорову письмо из Т**. Писала жена. Из письма было видно, что жена встревожена, так как, кажется, ей придётся эвакуироваться, ибо по направлению Т** идут немецкие войска. Письмо было взволнованным и тревожным, хотя в конце она и писала, чтобы он, Егоров, не волновался и не беспокоился.

Но что мог Егоров отсюда посоветовать жене? Тут же он написал ей письмо, где выразил уверенность в том, что она поступит так, как ей подскажет её всегдашнее, не обманывающее её чутьё, и что прежде всего, во всех случаях, она будет думать о дочке и стремиться к ней.

Глава 9

Музыканты были старательны и исполнительны. Партии свои они выучили наизусть, уже несколько раз проигрывали весь репертуар, необходимый для присяги, стоя, и теперь осталось провести несколько занятий строем, в оркестровом расчёте, с игрой в движении.

Время было выделено, но Егоров не рисковал проводить это занятие сам. Он великолепно понимал свою строевую никчёмность, отсутствие строевого командного языка и своё личное неумение держаться в строю.